- Оказывается, ваша репутация - не ложь, Зенобия Пальмирская! Вы и в самом деле мудрая женщина, - ответил Тацит. Потом он попрощался с ней и удалился.
Когда он ушел, Зенобия попросила принести ей пергамент, письменные принадлежности и быстро написала записку Дагиан. Записку немедленно доставил я Рим Тиро, юный раб Зенобии. Он был искусным кучером и получил травму на арене. Теперь он уже не годился для соревнований, и его хозяин продал его. Зенобия купила его, дала ему в жены прелестную девушку-рабыню, и теперь Тиро был готов умереть за свою хозяйку.
В тот вечер Тиро вернулся не один, с ним приехал Марк Александр Бритайн, закутанный в темный плащ. Он проскользнул на виллу и направился в спальню Зенобии. Адрия тихо вскрикнула, когда большая черная фигура без предупреждения вошла в комнату. Но Марк скинул длинный плащ, и Адрия облегченно вздохнула.
- Ох, хозяин, вы так напугали меня! Марк усмехнулся.
- А ты подумала, что это Аврелиан вернулся? Адрия состроила гримасу, которая заставила Марка захохотать во весь голос.
- А, этот! - презрительно фыркнула она. - Хвала богам, что нам больше не придется терпеть его, хозяин!
- С каждым днем ты становишься все более похожей на старую Баб, поддразнил он ее.
- Это значит, что девочка наконец-то берется за ум, чего нельзя сказать о вас, Марк Александр Бритайн! Вы что, с ума сошли. Император еще не покинул пределы страны?
Баб стояла, сверкая глазами и уперев руки в пышные бедра.
- Аврелиан отплыл уже два дня назад, старушка! А твоя прекрасная хозяйка вызвала меня сюда. Где же она?
- Здесь, любовь моя!
В дверном проеме спальни стояла Зенобия.
- Я была в саду, гуляла и мечтала. Баб, Адрия, идите спать! Служанки поспешили прочь, и, дождавшись, когда за ними закрылась дверь, Зенобия бросилась в объятия мужа и подняла лицо для поцелуя. Мгновение он пристально смотрел на нее сверху вниз. Его пальцы нежно ласкали ее скулы. Потом он опустил голову, и его губы встретились с ее нетерпеливыми губами. Ее сердце бешено забилось в груди, и она боялась, что оно вот-вот выпрыгнет наружу. Он поцеловал ее, вначале нежно, а потом его губы сделались более уверенными и властными. Он требовал ее капитуляции, полной капитуляции! И она радостно сдалась ему, обвив руки вокруг его шеи и прижавшись.
- Теперь ты моя!
И она услышала в его голосе торжество.
- Я твоя - отныне и навсегда! - ответила она. В ее глазах, устремленных на него, светилась такая любовь, что он почувствовал робость.
Не в силах сопротивляться ей, он скова с нежностью поцеловал ее и повел к их ложу. Они присели поговорить.
- - Аврелиан отплыл, Зенобия, из Бриндизи, два дня назад. Это официальные сообщения, полученные сегодня утром. Это известие доставил почтовый голубь, и оно было хорошо принято сенатом.
- Сегодня утром Тацит приходил навестить меня, - взволнованно сказала Зенобия. - Я попросила сенат снять охрану с моей виллы.
- - Под каким предлогом? - спросил он.
- Я сказала, что желаю жить спокойно и не вводить правительство в ненужные расходы. Марк громко засмеялся.
- Ив самом деле, любовь моя, ты, несомненно, должна была привлечь их внимание этим предлогом!
- Он практически признался, что существует заговор против Аврелиана. Держу пари, что император не вернется из Византии живым.
- Почему ты так уверена в этом, любимая? Расскажи, что именно сказал тебе Тацит!
- Не сомневаюсь, до тебя дошли слухи о храме Аврелиана, Марк, - медленно сказала она.
- Да, я слышал, - кратко ответил он, и его лицо потемнело от гнева.
- Это не моя вина! - испуганно прошептала она.
Он глубоко вздохнул, посадил ее себе на колени и прижал к себе.
" - Я знаю, Зенобия, и не могу не сердиться, но не на тебя. Я не христианин, который готов подставить вторую щеку. Моя жена, женщина, которую я ценю больше всех на свете, была взята публично во время обряда плодородия! Сама мысль об этом сводит меня с ума!