Он усмехнулся.
- Если бы я хотел жениться на моряке... Он сердито нахмурил брови, а она засмеялась.
- Мне нужна женщина, любимая, а не капитан... Его рука распахнула халат и обнажила ее прекрасные груди. Он наклонился и коснулся их своей щекой. От ее прелестного тела исходил аромат, который мучил и терзал его.
- Ох, Зенобия! - тихо сказал он.
Она протянула к нему руки и прижала его к своей груди.
Так они лежали в нежном объятии, наслаждаясь близостью и не боясь, что их обнаружат. Она ласкала пальцами его густые каштановые волосы, замечая серебристые пряди. Вдруг она увидела, что он заснул у нее на груди. Она осторожно изменила позу и уложила его поудобнее. Прежде он никогда не уснул бы, не измучив себя и ее любовными играми. Видимо, он очень устал и измучился.
Утром Марк проснулся весьма смущенным.
- Ты казался таким усталым, мой дорогой, - весело утешала его Зенобия.
- Но я же желал тебя! - протестовал он. Зенобия рассмеялась.
- И я тоже желала тебя, - сказала она, - но ты устал и заснул.
Потом она стала торопить его - ему надо было вернуться в город.
- Когда мы сможем отправиться? - спросила она, помогая ему одеться, - Мы отплывем из Остии через три дня, - ответил он.
- И нам предстоит пройти весь путь морем, дорогой? Она, казалось, немного нервничала.
- Мне хотелось бы этого, Зенобия, ведь тогда уменьшится вероятность того, что нас схватят. Но море опасно! Мы будем плыть вдоль побережья до Массалии <Массалия - современный Марсель.>. Из Массалии отправимся по "свинцовому пути" через Галлию. После "того нам останется пересечь узкий пролив, любимая. Там нас встретит корабль, который до этого пройдет мимо Геркулесовых Столбов <Геркулесовы Столбы - предгорья Абилы на африканском и европейском берегах Гибралтарского пролива.>, выйдет в открытое море и обогнет побережье Галлии. Потом наш корабль переправит нас в Британию.
- Но не туда, где находится наш будущий дом?
- Нет. Сначала мы должны отвезти мою мать к Аулу и его семье. Только после этого мы сможем искать место для себя, Зенобия. Кроме того, простая вежливость требует, чтобы я попросил у Аула его остров, прежде чем мы вступим во владение им.
Его темно-синие глаза подмигнули ей, и она рассмеялась.
- Как изменились времена, мой дорогой! Я молюсь о том, чтобы твой брат оказался щедрым.
- Он хороший человек, Зенобия.
- Сегодня ты должен взять с собой некоторых рабов, - сказала она. Неблагоразумно, если я уеду из Тиволи, ведя за собой целую процессию.
- Сколько у тебя людей?
- О женщинах не нужно беспокоиться, - сказала Зенобия. - Они поедут со мной, когда я отправляюсь в Рим, чтобы встретиться с тобой. Но ты должен взять с собой Тиро, моего возницу, и Ото, садовника. Они - единственные мужчины, которые отправятся со мной.
- Очень хорошо, - ответил он. - А сколько у тебя женщин, кроме старой Баб, Адрии и Чармиан?
- Только две девушки-рабыни для уборки и Ленис, кухарка, жена Тиро.
- С такой маленькой свитой ты не привлечешь внимание, - сказал он. - Пусть твои служанки упакуют большую часть твоих вещей и отправят их вместе с Тиро и Ото в мой дом в Риме. Тогда ты сможешь путешествовать легко и удобно.
Он вернулся в Рим, а Зенобия провела оставшуюся часть дня, наблюдая за упаковкой вещей. К наступлению ночи все было готово. Она проинструктировала Тиро и Ото. Они выехали до рассвета, пока в городе все спали.
В час перед рассветом она проснулась и услышала, как телеги, громыхая, выезжают с внутреннего двора виллы. Со вздохом облегченна Зенобия перевернулась и снова заснула. Некоторое время спустя ее разбудила старая Баб, которая неистово трясла ее.