- Тихо!
Голос Зенобии унял всю эту какофонию. Она взглянула на императора, сидевшего за дальним концом стола.
- Вы чрезмерно суровы, цезарь.
При этих словах он с радостью заметил, что она впервые произнесла его настоящий титул, причем без всякого сарказма.
- Это я во всем виновата, а не Пальмира. Не наказывайте город и моего сына. Лучше накажите меня. Вабаллат будет хорошо служить вам. Он ведь не только мой сын, но прежде всего сын своего отца, а мой муж всегда оставался верен Риму. Именно он оборонял восточные границы империи от персов. Несомненно, вы примете это во внимание, прежде чем выносить окончательное решение.
Она была близка к тому, чтобы умолять его, и Аврелиан понял это.
- Почему я должен обращать внимание на ваши слова, царица Пальмиры? Ваш сын еще не проявил себя, а кроме того, он еще молод. Приведите мне хотя бы одну вескую причину, по которой мне следовало бы прислушаться к вам!
Зенобия встала и бросила на императора долгий изучающий взгляд.
- Потому что Пальмира - это я! - спокойно произнесла она.
Он искренне изумился ее словам, однако быстрый взгляд, брошенный им на остальных присутствующих, подтвердил, что ее слова правдивы и сказаны не из пустого тщеславия.
- Я думаю об этом, - сказал он. Она очень опасная женщина. Лучше уж он потратит некоторое время, оценивая ситуацию, прежде чем примет окончательное решение.
- Совет распущен! - сказал Аврелиан свои заключительные слова, поднялся и вышел из зала.
- Пойдите с ним, Антоний Порций! - умоляла Зенобия. - Ведь вы были последним губернатором империи, прежде чем мы освободились от контроля Рима. Попросите его за моего сына! Ради вашей дочери, юной царицы, ради нашего еще не родившегося внука, который будет законным наследником пальмирского престола!
Антоний Порций послушно поднялся и последовал за императором. За прошедшие годы он не слишком сильно изменился, но Зенобия заметила, что он двигался медленно, а в его волосах уже начинала пробиваться седина.
- Что нам делать, ваше величество? - спросил Марий Гракх.
- Ждать! - последовал ответ. - Он не простой человек. Я подозреваю, он действительно хочет вернуть Пальмире статус провинции, но мы должны предотвратить это любой ценой. Вабе должны позволить оставаться царем. Возможно, это случится не при его жизни, но когда-нибудь мы снова поднимемся, и когда это время придет, городом должны править наследники династии Одената! Я ожидаю, что все вы будете упорно работать ради достижения этой цели, и если народ действительно любит меня, то он тоже будет трудиться ради этого!
- А какова ваша участь, ваше величество?
- Я отправлюсь в Рим, Марий Гракх. Аврелиан уже много раз говорил мне об этом. Боюсь, он недостаточно доверяет мне, чтобы выпустить меня из виду. Он достаточно мудр, чтобы не сделать этого. - Она улыбнулась престарелому советнику. - Если бы мне дали шанс, я снова сделала попытку освободиться, мой старый друг.
Марий Гракх усмехнулся.
- Вместе с вами уйдет все наше величие! - ответил он.
- Не говорите так! - быстро ответила она. - Вабаллат еще молод. Кто знает, какие чудеса он совершит со временем? А те, кто придет вслед за ним? Этот город стоит со времен иудейского царя Соломона, его основателя. Он уже видел величие и увидит снова.
Она встала и объявила:
- Я устала. Я не спала как следует все эти последние месяцы, но сейчас, думаю, могу отдохнуть.
Потом, оглядев членов совета, она произнесла:
- Не знаю, позволят ли нам встретиться снова. Я благодарю вас за верность Пальмире, мне и моему погибшему мужу. Я знаю, вы будете так же верны и царю, моему сыну. Да здравствует Пальмира!
И она быстро вышла из зала совета.