- И вот эти.
Шкатулку закрыли, и Адрия предложила ей кожаный футляр, полный браслетов. Зенобия выбрала два браслета на запястья, выполненные в виде змей с великолепной золотистой чешуей и сверкающими глазами из маленьких, но отборных сапфиров. Из колец Зенобия выбрала только одно, с огромным пурпурным жуком-скарабеем, на спине у которого была вырезана печать Пальмиры.
Дверь апартаментов Зенобии открылась, вошли Ваба н Флавия. Царица повернулась к своему сыну и его жене и протянула к Флавии руки.
- Дорогое дитя, на самом деле мне следовало бы бранить тебя! Я еще слишком молода, чтобы стать бабушкой!
Она обняла жену Вабы и с беспокойством спросила ее:
- А теперь ты хорошо себя чувствуешь?
- У меня есть склонность к тошноте после полудня, а иногда и по утрам. Флавия улыбнулась и чуть пожала плечами. - Но моя мама уверяет, что и то, и другое вполне нормально.
Потом лицо девушки приняло обеспокоенное выражение.
- Что же станет с нами теперь, когда римляне заняли город, тетя Зенобия? Они не убьют нас? Я боюсь за своего ребенка.
- Так много вопросов, Флавия! Дорогое дитя, я не знаю, что будет, но уверена - Аврелиан не собирается причинять вред нашей семье. Полагаю, он хочет реставрировать в городе правление Рима, но ради Вабы мы должны попытаться предотвратить это.
- Вы всегда были любимицей богов, моя госпожа! Зенобия горько улыбнулась.
- В последнее время уже начала сомневаться в этом. Она жестом показала на кресло.
- Садись, Флавия. Ты должна беречь себя.
Зенобия тоже села.
Однако Ваба продолжал стоять.
- Что происходит в городе? - спросил он.
- Не знаю, - ответила Зенобия. - В городе посты, люди не могут свободно общаться. Невозможно попасть из одного района в другой без пропуска.
- Тогда нам следует ждать заседания совета, - спокойно произнес Ваба.
- Да, - ответила его мать, а потом спросила:
- А где же Деми? Я не видела его с тех пор, как римляне вошли в город.
Ваба недовольно нахмурился.
- Мой брат яростно возражал против моего решения сдаться римлянам. Он покинул дворец две ночи назад, и я понятия не имею, где он находится. Однако я знаю, что он примкнул к группе таких же, как он, горячих голов, молодых патрициев. Они замышляют развязать против римлян партизанскую войну.
- Нет! - резким голосом воскликнула Зенобия. - Мы должны остановить его, Ваба! Такие действия принесут только вряд. Я не позволю ему самовольничать!
- Я послал на поиски своих людей, но если город действительно так надежно перекрыт, как ты говоришь, то задача усложняется.
- Да возьмут боги этого молодого дурачка! - выругалась Зенобия.
- Он ведь твой сын, мама! - не удержался Ваба.
- Если ты имеешь в виду, что он очень импульсивен, то ты прав, послышался спокойный ответ.
- Дело не только в капитуляции, - вставила Флавия. - Он завидует нам.
- Да, это правда, - подтвердил Ваба.
- Нет, Ваба, - вступилась за своего деверя Флавия. - Деми нелегко быть младшим сыном. Младшему сыну всегда нелегко. Теперь наш ребенок отодвинет Деми на задний план, и у него еще не было времени привыкнуть к этому. Но он смирится.
- Флавия права, - заговорила Зенобия. - Я знаю, что с некоторых пор Деми раздражен, потому что ему нечем было заняться. От природы он солдат, как твой отец. Я планировала послать его в Александрию в качестве нашего губернатора. Его это вполне удовлетворило бы.
- Я не сержусь на него, мама, - ответила Ваба. - Веришь или нет, но я понимаю, что он чувствует. Но сейчас он подвергает опасности не только меня, но также Флавию и нашего неродившегося ребенка.
- Он подвергает опасности Пальмиру. Его необходимо найти! - воскликнула Зенобия.
- Мы делаем все, что в наших силах. Не могла бы ты поговорить с Аврелианом?