- Я искал место, где мы могли бы встречаться в безопасности, - объяснил он.
Потом схватил ее в объятия и поцеловал. Она тут же обвила его руками, и их сердца неистово забились от возбуждения. Она приникла к нему, и ею овладела сильнейшая жажда любви. Его губы прижались к ее губам. Они искали, просили, умоляли, вытягивали из нее отклик на его страсть. Она и не мечтала, что когда-нибудь снова почувствует такое. Она была вся в огне страсти, которую испытывала к нему. Его язык вошел в ее рот, и она играла с ним, сосала и пощипывала его возбуждающими движениями.
Она была неистова и агрессивна с ним. Она прошептала ему на ухо:
- Я уже забыла, как ты высок, мой дорогой. Ах, Марк, как мне не хватало тебя!
Она не протестовала, когда он развязал ее длинную тунику. Туника соскользнула с ее плеч, и она позволила ей упасть к ее ногам. Зенобия стояла, слегка дрожа в тонкой хлопковой сорочке, а он отступил назад, снял свою длинную накидку и расстелил ее на песчаном полу пещеры. Не произнося ни слова, он снял свою тунику, тогу и нижнее белье. Легкая улыбка коснулась ее губ, когда такое дорогое и хорошо знакомое ей тело вновь предстало перед ней. Она протянула руку и стала ласкать его мускулистое плечо. Их взгляды встретились, и он тоже улыбнулся.
- Не хочешь ли ты сказать, как все это глупо, любимая? - мягко поддразнил он ее.
В ответ она опустила руки, подняла вверх свою сорочку, сняла ее и швырнула в угол пещеры.
У него перехватило дыхание, когда он снова увидел ее такой, какой видел много раз перед их разлукой. Взгляд его ярко-голубых глаз медленно окинул ее роскошные формы. Это был теплый и любящий взгляд, и она вся засветилась в лучах его искренней и глубокой любви. Протянув к ней руки, он медленно привлек ее к себе и заключил в объятия. Он стоял, прижимая ее к себе, ощущая тепло ее тела, просто наслаждаясь ощущением ее близости. Она не двигалась в кольце его объятий. Он поднял руку и осторожно вынул из ее волос украшенные драгоценными камнями шпильки. Распущенные волосы упали и темным вихрем закружились вокруг ее тела. Он нежно гладил их, и от прикосновений его руки по ее телу пробегала восхитительная мелкая дрожь.
Все любовные воспоминания о нем снова нахлынули на нее, и она забыла обо всех обидах. Этот огромный, высокий мужчина, наполовину римлянин, наполовину британец, был ее супругом, и она не желала другого. Зенобия сделала движение, чтобы освободить руки, и они медленно заскользили вверх по его широкой груди. Потом ее ладони остановились, и она стала гладить мягкие каштановые волосы, которые покрывали его грудь. Он терпеливо переносил это восхитительное раздражающее движение, пока игра наконец не утомила ее. Ее руки скользнули вверх и обвили его шею. Она подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза.
Они слились воедино. Неистовая страсть вспыхнула между ними. С тихим возгласом он наклонил голову и вновь завладел ее губами. С нежным вздохом она покорилась ему, ее губы смягчились под его губами. Вместе они упали на колени, все еще держа друг друга в объятиях. Они целовались и целовались, пока она наконец не отняла губы и не рассмеялась, задыхаясь.
Он признался:
- Я не могу насытиться тобой, любимая! Я не прикасался ни к одной женщине все время, пока мы были в разлуке.
Она тихо ответила:
- Я помню, как после рождения Мавии ты говорил, что после меня не прикасался ни к одной женщине, потому что не хотел другую. И вот теперь ты снова говоришь те же слова, а я испытываю стыд.
- Из-за Аврелиана? Я знаю, почему ты приняла его как любовника, Зенобия. Как у императорской пленницы, у тебя не оставалось выбора. Это был вопрос жизни и смерти. Ты - не такая женщина, которая ищет легкие пути, моя дорогая.