На короткое мгновение она задумалась обо всем, что произошло между ней и императором. Нет, она не приняла бы его добровольно как любовника, несмотря на вожделение, если бы он не принудил ее.
Легкая тень беспокойства омрачила ее прекрасное лицо, и он тут же спросил:
- Что с тобой, любимая?
- Сейчас мы вместе, но что будет завтра? - спросила она.
- Не знаю, - искренне ответил он.
- Значит, я так и останусь яблоком раздора, за которое вы оба будете бороться, - тихо сказала она. Он вздохнул.
- Моя любовь к тебе не может поставить тебя в такое ужасное положение, любимая. Он застонал.
- Зенобия, неужели у нас нет выхода? Я не могу больше жить так. Я не осмеливаюсь показаться с тобой на людях, Я даже не могу видеть свою дочь, кроме как через стену сада. Я не должен говорить с ребенком, чтобы он по наивности не бросил какое-нибудь замечание в присутствии императора, которое подвергнет опасности нас обоих. Это непереносимо!
Она обвила его руками и прижала к себе. Он предложил ей уйти. Если она останется, это будет означать, что они снова станут любовниками. Но после возвращения Аврелиана она должна будет принимать его в своей постели. Вот тогда она и станет настоящей шлюхой.
Вдруг его голос вернул ее к действительности.
- Зенобия, однажды я попросил тебя выйти за меня замуж тайно, но ты отказалась ради своего сына и своего положения. Теперь я снова попрошу тебя об этом. В Риме существует много форм брака, но по закону необходимо, чтобы мы договорились жить вместе как муж и жена. Если мы заявим об этом в присутствии нескольких свидетелей - моей матери, старой Баб и служанки Адрин, то наш союз будет считаться законным. Ты выйдешь за меня замуж, любимая? Сейчас? Сегодня ночью?
- А как же Аврелиан? Он уже на пути в Рим. Как же я смогу быть твоей женой и его любовницей? Не думаю, что способна на это, Марк. Даже ради тебя, любовь моя.
- Тебе не придется делать это, любимая. Я обещал Гаю Цицерону, что стану присматривать за его женой, пока он в отсутствии. Когда я сегодня навещал Клодию, она прочитала мне его последнее письмо. Аврелиан собирается оставаться в Риме очень короткое время после своего возвращения на Галлии. Он должен отправиться на восток, в Византию. У населения растет крайнее недовольство, и если он не сможет подавить его, его ждут крупные неприятности.
- Зимний поход? Должно быть, там очень серьезные волнения.
- Он пробудет в Риме меньше месяца. Ты сможешь держать его на расстоянии, если заявишь, что беременна. Благодаря этому ты не только не подпустишь его к себе, но также помешаешь ему взять тебя с собой в поход.
- Да, - медленно произнесла она. - Я смогу сделать это. Император отчаянно желает иметь ребенка. Но, Марк, что же мы предпримем, когда он вернется домой после войны с Византией?
- Нас уже не будет здесь, Зенобия. Охрана снята, и это ошибка со стороны Аврелиана. Пока он со своей армией будет пересекать Македонию, мы уедем в Британию. Зимние путешествия опасны, но мы уцелеем. Никто не будет преследовать нас, клянусь, ведь ни одна душа не узнает, куда мы бежали. Не появляйся в Риме. Тогда, может быть, тебя не хватятся до самого возвращения Аврелиана, и тогда нас не догонят.
- Он поймет, что мы бежали в Британию, в особенности если ты вместе со своей матерью тоже исчезнешь, - сказала она.
- Мы укроемся там, где он не сможет отыскать нас, любимая, обещаю тебе это. Мы не поедем к родственникам моей матери, а спрячемся на острове в самом дальнем уголке Британии. Однажды, когда я был еще мальчиком, я посещал эти острова. Мой дед владел одним из этих островков - это было приданое одной из его жен. Теперь он принадлежит Аулу, но я знаю, он отдаст его нам. Он совсем крошечный, но там тепло почти круглый год и растут пальмы. Конечно, это не наши прекрасные пальмирские пальмы, но все же это пальмы. Римляне еще никогда не показывались на этих островах, Зенобия. Аврелиан не найдет нас там.