- Если ты - Гай, то я - Гая.
Все было так просто! Теперь они стали мужем и женой. Он снова заключил ее в объятия и поцеловал, Дагиан и Адрия утирали слезы, а старая Баб тихонько всхлипывала. Потом она сказала:
- Это заняло у вас обоих достаточно много времени. Я и не мечтала увидеть вас женатыми. Теперь я могу умереть спокойно.
- Но ведь ты еще не собираешься умирать, - усмехнулся Марк.
- Нет, нет, не собираюсь! - закудахтала старуха. - А иначе кто же будет учить вашего сына хорошим манерам?
- И ставить меня на место! - поддразнил ее Марк.
- Дети мои, - сказала Дагиан, - теперь мы должны разойтись. Нельзя допустить, чтобы хоть малейшая тень подозрения упала на Зенобию и Марка. Адрия и Баб кивнули и направились обратно на виллу, а Дагиан пошла в противоположном направлении к своему дому. Молодожены еще несколько минут стояли рука об руку и тихо беседовали.
- Как-то раз ты сказала, что выйдешь за меня замуж только при ярком дневном свете и в присутствии множества людей. А я буду сопровождать тебя со всей торжественностью в наш новый дом. Увы, у меня нет дома, куда я мог бы сопровождать тебя, любимая!
- Как же я была глупа! - ответила она.
- Мне следовало бы настоять на своем, особенно когда я узнал, что мне придется вернуться в Рим. Я не должен был оставлять тебя такой незащищенной, Зенобия. Я больше никогда не покину тебя, моя дорогая! А теперь иди и думай обо мне, любимая!
Он снова с нежностью поцеловал ее. Потом долго стоял и смотрел ей вслед. А она послушно поспешила обратно на свою виллу. Он весело подумал, что она не всегда будет такой покорной.
Зенобия шла через сад, и ее сердце трепетало от счастья. Она - его жена, и ничто никогда не сможет разлучить их. Как-то раз она предостерегала Аврелиана, что в конце концов она выиграет битву, и вот теперь это ей почти удалось. И неважно, что он не узнает об этом, по крайней мере пока. Гораздо важнее, что они с Марком наконец-то соединились - отныне и навсегда. И ничто на свете, даже сама смерть, не сможет разлучить их!
Глава 14
Аврелиан вернулся домой из Галлии с победой. Устроили небольшое триумфальное шествие, и на этот раз позади императорской колесницы шел несчастный Тетрик. На этой колеснице ехала Зенобия, пленная царица Пальмиры, и снова сковывавшие ее золотые цепи были прикреплены к массивному железному поясу Аврелиана. Однако на этот раз она облачилась в царские пурпурные и золотые одежды, а ее голову венчала пальмирская корона. Римский император произвел на свой народ сильное впечатление - впечатление, которое люди не могли не заметить, несмотря на растущее недовольство. Он был настоящим цезарем! Но на его командиров произвести впечатление было не так просто, кроме того, с каждым днем Аврелиан становился все более властным и самонадеянным.
Царицу вызвали из Тиволи, чтобы она приняла участие в этой триумфальной церемонии. Потом ее проводили до резиденции Аврелиана на холме Палатин. У них не было возможности побеседовать, хотя они и ехали в одной колеснице. Она попыталась отклонить его предложение посетить дворец, но он одним взмахом руки пресек ее протест.
- Ты будешь повиноваться мне, богиня! Неужели я снова должен учить тебя!
- Как пожелаешь, римлянин! - презрительно ответила она, и он рассмеялся.
- Я вижу, ты ничуть не потеряла своей пикантности, богиня! Прекрасно! Я с нетерпением жду наступления длинной ночи, надеюсь, ты не разочаруешь меня!
Зенобия отвернулась, чтобы он не заметил выражения отвращения, которое невольно появилось у нее на лице. Внезапно ее озарил момент истины. Ей придется участвовать в его забавах. Ведь когда он отправлялся в Галлию, она была его любовницей по своей воле, и теперь он ожидает, что она, лишенная его общества в течение этих последних месяцев, со страстным нетерпением примет его. Зенобия страдала и знала, что Марк тоже страдает. Но, что бы ни случилось, ради него она изобразит страстную шлюху императора. "Осталось подождать еще совсем недолго, и я стану свободна! Я выиграю!" - подбадривала она себя.