Алтарь, к которому ее привязали, был в форме буквы М. Ее длинные ноги приковали с обеих сторон от вершины алтаря, а между ними приходилась впадина. Теперь Аврелиан шагнул в эту впадину и, встав на колени, наклонился вперед, чтобы прикоснуться к ней языком. О Венера! Как он может делать с ней такое здесь! Только не перед всеми этими отвратительными рожами!
- Глядите! - вскричал тот же неземной голос. - Глядите, как он поклоняется самой главной святыне любви!
Язык императора начал гладить ее плоть, распространяя по ее телу мелкую пламенную дрожь. "Нет!" - молча вскрикнула она, казалось, не в силах произнести это вслух. Она только стонала от беспомощности и желания, в то время как он нежно прикасался к ней, совершал медленные движения и не побуждал ее идти вперед по тропе наслаждения, а, наоборот, все продолжал эту муку, пока, наконец, долгий вопль не вырвался из ее напряженного горла и толпа не начала скандировать: "Возьми ее!"
Голова Аврелиана лежала у нее между ногами. Он поднял голову и, взглянув на нее, улыбнулся торжествующей улыбкой. Не сказав ни слова, он навалился на нее и медленно, очень медленно его член проник в ее тело. Потом он так же медленно вышел, потом снова вошел и снова вышел - и все это в невыносимом ритме, который, как она чувствовала, вскоре доведет ее до сумасшествия, если он не удовлетворит ее.
- Пожалуйста! - удалось ей простонать высохшими губами, и едва она произнесла это слово, как ту же возненавидела себя.
- Что пожалуйста, богиня?
- Пожалуйста! Ее глаза молили.
- Скажи это слово, богиня! Скажи его, и я сделаю все, что ты хочешь!
- Нет!
Он засмеялся, услышав ее ответ, извлек член и положил его, влажный и пульсирующий, на нежный холмик ее живота.
- Я накачан особыми наркотиками и возбуждающими средствами, богиня. Когда я кончу с тобой, то возьму еще дюжину женщин, прежде чем удовлетворю свое желание в эту ночь. Я могу подождать. А ты можешь?
И он подчеркнул свой вопрос, потершись о ее кожу членом. Повсюду вокруг нее - справа, слева и сверху почитатели культа продолжали скандировать. Аврелиан наклонился вперед и стал лизать ее груди, которые напряглись под прикосновениями его искусного языка.
- Пожалуйста! - снова прошептала она. - Пожалуйста!
- Скажи мне, что ты хочешь! Скажи, и я сделаю это!
- Нет!
Она боролась, чтобы не поддаться ему.
Почитатели культа становились все более беспокойными, и их скандирование перешло в грубые крики. Он потеряет их, если ему не удастся заставить ее покориться! Поэтому, наклонившись вперед, Аврелиан взял в рот один из ее сосков и жестоко укусил его. Она пронзительно вскрикнула от боли, и он снова привлек внимание толпы. Они застонали в один голос.
- Попроси меня, богиня! - приказал он сквозь стиснутые зубы.
На мгновение невероятная ненависть засверкала в ее одурманенных наркотиком глазах. Потом она проговорила плачущим голосом:
- Возьми меня, римлянин! Возьми меня, пока я не умерла!
Он вошел в нее, словно таран, заставив ее снова вскрикнуть. Потом с невероятной быстротой начал любовный танец. Остальные почитатели культа попадали друг на друга - мужчины с женщинами, женщины с женщинами, мужчины с мужчинами - в бешеной оргии ничем не сдерживаемой чувственности. К счастью, Зенобия лишилась сознания и оставшуюся часть этого кошмара не видела.
Когда она пришла в чувство, то, к своему удивлению, обнаружила, что находится в своей спальне в Тиволи. Возле нее дремала старая Баб, и Зенобии с трудом удалось выговорить потрескавшимися губами: