Нападавших было трое: один взрослый и два подростка, еще двоим, по словам Борислава и его бойцов, удалось уйти. Устроившие на нас засаду аборигены выглядели как наши кроманьонцы, какими их изображают в работах по антропологии, истории и палеонтологии. Их вооружение состояло из двух луков со стрелами, трех бронзовых кинжалов, меча из этого же металла и копья. Одеты они были в домотканые рубахи и широкие штаны, обуты в кожаные чувяки с завязками, поверх онучей (или портянок). Кстати, эти хитрецы отлично, по здешним меркам, конечно, подготовились к засаде: вся одежда выкрашена в коричневый цвет, поверх нее — накидки с прорехами, в которые вставлены веточки и пучки травы, лица измазаны сажей. Да и ходить по лесу они умели бесшумно, иначе воины гиперборейцев услышали бы их — у боевых биоандроидов и слух, и зрение, и реакция гораздо лучше, чем у людей, а нюх не сильно уступает собачьему. Преследовать убежавших мы не стали, ибо некогда и бесполезно, хотя один из них был ранен — мы обнаружили следы крови на ветках и земле.
В замке нас встречали сам Северов и Дарина, с которой я успел обменяться всего лишь парой фраз и вручить помятые при происшествии в лесу саженцы роз. Рокотов сразу начал докладывать о нападении, но Алексей прервал его и пригласил нас к себе в кабинет. Я лишь успел заметить, как побледнело лицо моей возлюбленной и, виновато улыбнувшись, пожать плечами: мол, что делать — случается.
Разговор с гиперборейцами получился весьма интересным и содержательным. Внимательно выслушав доклад начдружа о стычке с местными, Алексей сообщил две новости: одна из них, как водится, была хорошей, другая — плохой. Оказывается, у наших гиперборейских друзей имелась возможность производить биондроидов, причем не как раньше — по два, а сразу по четыре. Тут я начал догадываться, что за детали мы копировали и доставляли. Плохая новость заключалась в том, что их электростанция и производственная база уже подверглись нападению местных и хотя атака была отбита, при повторном нападении и более крупными силами упомянутые объекты вполне могли не устоять. Тут автор этих строк предложил Северову то же, что немногим раньше начдружу — доставить оцинкованные трубы, 18-миллиметровые арматурные прутья, сетку рабица, колючую проволоку для ограждения и кое-что еще. Алексей поблагодарил меня и тут же предложил помощь в переброске всего перечисленного в, как он сказал, «наш новый мир». А мне отчего-то вспомнились слова из «Интернационала»: «Мы наш, мы новый мир построим». Собственно говоря, отчего бы и не построить? Особенно, если и из этого мира есть вход в ЛКМ. Что, кстати, надо проверить в самое ближайшее время. А с воинственными аборигенами как-нибудь разберемся. Но мои мечтания прервал Рокотов, доложивший, что боеприпасы подходят к концу, для крупнокалиберного пулемета вовсе осталось шесть патронов, ракет ПВО столько же, сколько и было, но для них просто нет целей, да еще все шестнадцать реактивных огнеметов — их не использовали, опасаясь лесных пожаров. Извинившись, что лезу не в свое дело, я спросил, каким вооружением располагают гиперборейцы. Мои собеседники переглянулись, Северов разрешающе кивнул Рокотову и господин начдруж перечислил весь их, в общем-то, скромный арсенал: один шестиколесный броневик с двумя пулеметами калибром (по-гиперборейски калопом) шесть с половиной и тринадцать миллиметров соответственно, а также пусковой установкой с четырьмя ракетами ПВО (еще восемь в запасе); восемь шагающих четырехногих роботов: четыре со снайперскими винтовками (гиперборейцы называют их прицельными) калибром 6,5 миллиметров, два с пулеметами того же калибра и два со снайперками калибром 8,5 миллиметров; вышеупомянутые реактивные огнеметы (что-то вроде наших РПО ПДМ-А); личное оружие начдружа и его боевых биоандроидов — автоматические винтовки, пистолеты и три вида гранат. Имелось также восемь (теперь уже шесть) дробовиков с возможностью стрельбы боевыми и травматическими пулями, дробью, картечью, газовыми, светошумовыми патронами, да пневматический метатель «летающих шприцов», какими иногда пользуются ветеринары. Учитывая тот факт, что охраняемых объектов, включая переходник, четыре, а боеспособных биоандроидов всего одиннадцать, ситуация складывалась просто критическая. Правда, еще три бойца уже были готовы, но им предстояло пройти двухмесячный курс практического обучения, а столько времени у гиперборейцев точно не было.