В самом конце месяца, выкроив буквально полдня, я, наполнив вместительную сумку и рюкзак патронами для ИЖ 12, взял три двустволки, патронташ и снова отправился к моим друзьям и соратникам.
Стоявший на посту Колю заметил меня еще издали и быстро шмыгнул в дом. Спустя, наверное, минуту, на улицу выскочили сам часовой и надевающий на ходу шапку Вылчан.
— Добро пожаловать, господин майор! — улыбнувшись произнес воевода и крепко пожал мне руку.
— Здравствуй, Вылчан, рад тебя видеть! Как вы тут?
— Да что нам сделается? Живем-поживаем, ребят вот учим помаленьку с Борисом и Фотю.
В очаге горел огонь, на столе стояло немудреное угощение и даже бутыль с фирменной медовухой дяди Тодора. Кажется, я еще не упоминал о ней? Каюсь — забыл, до медовухи ли тут, когда такие события происходят? Хотя, как выяснилось из неспешного разговора с воеводой, никаких мало-мальски серьезных событий за время моего отсутствия не произошло. Что же, тем лучше. Осталось лишь, подкрепившись на дорожку, идти к дяде Тодору.
Погода стояла на удивление теплая, вовсю светило солнце, даже снег начал подтаивать. Мы с Вылчаном бодро шагали впереди, за нами Колю тащил велоприцеп с картошкой. Для чего мне понадобилось снова тащить сей корнеплод и стоило ли мотаться в параллельный мир Болгарии XIX столетия из-за такой ерунды? Еще как стоило! Все дело в том, что я задумал научить местных крестьян выращивать картошку самостоятельно, а для этого был нужен посадочный материал и подробные инструкции. Потому и пришлось сходить к доброму мельнику, доставить ему клубни и подробно рассказать о технологии посадки «второго хлеба» и ухода за ним. Причем Фотю, словно прилежный ученик, записывал за мной все этапы сельхозработ, а дядя Тодор качал головой и цокал языком.
Расставаясь с гостеприимным хозяином, Вылчаном, Борисом, Фотю и Колю, я честно предупредил их, что известное время меня не будет. Возможно даже месяца два или три. Мои друзья и соратники, разумеется, посетовали на это, да и мне самому отнюдь не хотелось их оставлять надолго, однако, работа, начавшая приносить неплохой доход торговля, да и домашние дела требовали львиной доли моего времени. Мы тепло попрощались в твердой уверенности, что снова встретимся и ваш покорный слуга вернулся в свой суетный и непростой мир.
ГЛАВА VIII
В начале ноября, немного отдышавшись после начала учебного года и разобравшись с домашними делами (среди которых была и установка пеллетной горелки — как-никак зима на носу), я решил наведаться к своим новым друзьям в Болгарию XIX века. Но на сей раз Сезам не открылся. Пришлось попробовать второй раз. Спустя секунду серая скала будто нехотя отошла в сторону и передо мной предстала уже ставшая привычной шлюзовая камера переходника.
Только выйдя наружу и убедившись, что это действительно Болгария XIX века, я с облегчением выдохнул.
До мельницы я добрался быстро и легко. Встретил меня стоявший на посту Борис:
— Здравствуйте, господин майор! А мы Вас давно уже ждем. — радостно улыбаясь произнес молодой человек.
— Во-первых, не «здравствуйте», а «здравия желаю», во-вторых, раз я обещал, то обязательно приду, а в-третьих, где Вылчан? — ответил я ему нелюбезно. Но делать нечего — надо дисциплину подтягивать. В конце концов, мы боевой отряд или кто? И парень, повесив нос, отправился за воеводой.
Вылчан, как было у нас заведено, доложил обо всем, что касалось четы и четников, о состоянии оружия, количестве боеприпасов, обстановке в селе и в окрестностях. В числе прочего, он сообщил о новом пополнении — Игнате — парне с выселок Краиште, откуда в свое время к нам пришли два брата-близнеца: Атанас и Григор.
— И как этот Игнат?
— Что Вам сказать, господин майор? Парень он неплохой, лучше двух других, которые с ним вместе пришли. Я их не взял — один мал еще, а другой бестолковый. Обратно их отослал.
— Ты правильно сделал, воевода. А больше никто не приходил, в чету не просился? Подозрительных не было?
— Не было подозрительных, господим майор. — бодро отрапортовал мой заместитель, а затем как-то замялся. И я решил его подбодрить:
— Ну, что замолчал, воевода, что случилось? Говори смелее, мы тут одни.
— Да пустяки, господим майор… Руменова сестра Райна к нам ходит постоянно, никак прогнать ее не могу. Сколько раз уж говорил — не берем мы девушек в чету, не женское это дело — гайдуцкая жизнь.