Вторник прошел спокойно, я почти весь день трудился в университете, Олег остался хозяйствовать.
На следующий день, вернувшись домой после поездки в магазин и встречи с клиентом, я заглянул в ЛКМ — размножить вырученные деньги, некоторые вещи (включая подаренные Владимиром) и окунуться в целебное озерко. Естественно, это требовало некоторого времени и я честно предупредил Найденова, что пойду в гараж по делам (не уточняя, по каким). Капитан как-то странно посмотрел на меня, но спрашивать ни о чем не стал.
До конца недели ничего достойного внимания не произошло, а в выходные снова приехали родители с сестрой и племянницей. Так незаметно прошли апрель и половина мая. Посещения ЛКМ пришлось серьезно сократить, торговля тоже понемногу сворачивалась. Таким образом, у меня появилось больше свободного времени, которое я решил использовать для тренировок, в чем мне с удовольствием помогал Найденов. Приятное разнообразие в нашу жизнь вносили субботно-воскресные приезды моих родных, которым, впрочем, мы с Олегом были только рады. Именно выходные, проведенные вместе с самыми близкими людьми, позволяли мне восстанавливать силы и духовное равновесие. К тому же, произошло нечто неожиданное, но прекрасное — между Найденовым и моей сестрой, как говорится, проскочила искра.
Как-то майским вечером, после выходных, когда родители с сестрой и племянницей уже уехали, у нас с Олегом состоялся разговор, во время которого он, слегка смущаясь, стал расспрашивать меня о Марии. Тут мне стало окончательно ясно, что товарищ капитан, кажется, поражен стрелой Купидона. С одной стороны, любовь — прекрасное чувство, с другой — такого мужа здесь, в Болгарии, моя сестра не найдет и я, разумеется, могу лишь порадоваться за нее. Но вот с третьей стороны — у Найденова ни документов, ни возможности их как-то получить. К тому же, Олег уже привлек к себе внимание некоторых местных жителей — капитан, по выработанной годами привычке, каждое утро бегал кроссы (иногда к нему присоединялся и я, правда, тогда дистанция сокращалась вдвое). Пришлось срочно сочинить легенду, что это — мой друг, военный, находящийся в отпуске. А дальше что? У военных отпуска не бесконечные. Впрочем, имелась и четвертая сторона: целых два «запасных» мира. Правда, в этом случае доступ к ЛКМ будет, пожалуй, весьма затруднен, а из мира Первушина и вовсе невозможен, но проблемы лучше решать по мере их возникновения. А для начала я решил уточнить детали:
— Стало быть, у вас с Машей все серьезно?
— Серьезней не бывает. Люблю я ее, Андрюх, понимаешь?
— Отчего ж не понять — понимаю. Совет вам да любовь. Но у нее дочь большая уже. Егоза страшная — даже я с ней иной раз не справляюсь.
— Ерунда — справлюсь как-нибудь. — улыбнулся Олег.
— Кстати, Олег, извини за идиотский вопрос, но тебе сколько лет?
— Да нормальный вопрос — я ж не девушка. Тридцать пять. А что?
— Ничего. Просто Маше уже тридцать восемь. Хотя выглядит она, конечно, моложе…
— Отлично выглядит. И что?
— Тебя это не смущает?
— Вообще не смущает. — с самым серьезным лицом ответил Найденов.
— Да-а, задали вы мне задачку, ребята… — потерев подбородок, задумчиво произнес я, не зная, с чего начать предстоящий серьезный разговор о будущем двух влюбленных.
Выручил Олег, решительно заявивший:
— Да ладно, Андрюх, двум смертям не бывать, а одной в дуло не смотрят. Вот откроют переходник — переберетесь к нам, ну или сначала в XIX век, а потом к нам.
— Ага, это если откроют.
— Конечно откроют. — уверенно сказал Олег и подмигнул — Наша наука еще и не на такое способна.
— Ну хорошо, предположим, откроют переходник. Допустим даже, что я уговорю наших переселиться к вам. А дальше что? Где нам жить? Чем заниматься? Мы ведь люди из другого мира, порядков ваших не знаем, документов нужных не имеем.
— Документы выдадут, работа найдется. — заверил меня Найденов.
— Твоими бы устами, Олег, да мед пить…
— У тебя сестра — бухгалтер, ты — преподаватель русского языка, так? — спросил капитан, уставившись на меня почти первушинским взглядом.
— Да. И что из этого?
— А то, что без работы не останетесь.
— Легко говорить! У вас же другая специфика.
— Это вряд ли. Бухгалтер везде бухгалтер, а препод…, извини, преподаватель, и в Африке преподаватель. Если что — товарищ подполковник поможет. Он у нас пробивной. Его отец — генерал-полковник запаса, в Академии МГБ преподает.
— Хм, ничего себе!
— А ты не знал? — искренне удивился Олег.
— Да нет. Володя мне не рассказывал. Сказал только, что его предки по отцовской линии с Урала, из Златоуста. — и, помолчав немного, я задал следующий вопрос — Хорошо, мы работу найдем, а родители? Они же пенсионеры, кто им пенсию платить будет?