- Камуфляж, - сказал Василий. - Ты мне мозги не пудри.
- Клянусь вам! - резко обернулся от окна Вениамин. - Клянусь, что я не видел Ангелину раньше. И мое отношение к ней вторично!
- Почему вторично? - удивилась Ангелина.
- А вы садитесь, посидите с нами, - сказала Элла. - Хотите, кто-нибудь из нас в кино с вами пойдет?
- Чего? - Василий только сейчас вспомнил про билеты. Он разжал кулак. Билеты закружились и упали на пол, а Василий подошел к Вениамину и сказал с угрозой: - Иди к своему портрету, понял? На Ангелину ни взгляда, ни вздоха, понял?
- Я не могу дать вам такого обещания, - сказал Вениамин. - Простите меня, пожалуйста. Это выше меня.
- Мое дело предупредить, - сказал Василий. Он смотрел на аспиранта с презрением и не уходил, не сказав последнего слова, но тут за окном мелькнула черная тень и раздался крик:
- Меакульпа!
Лицо Василия исказилось.
- Проклятие! - закричал он страшным голосом и выбежал из дома. Взревел за окном грузовик.
- Кто же это? - спросила Элла.
- Я думаю, что птица, - сказал Андрюша. - Та самая, да?
- Гришка, - сказала Ангелина. - Это Гришка. Вася за ним вторую неделю гоняется.
- Не догонит, - сказал Коля. - Хочешь, посмотрим?
Андрюша вслед за Колей выбежал на улицу.
Солнце клонилось к закату. Тени от домов и деревьев стали длинными и лиловыми, и трава казалась еще светлее и зеленее.
Далеко над улицей медленно летела громадная черная птица, за нею гнался грузовик.
- Не догонит, - повторил Коля, - ты не беспокойся.
Андрюша хотел сказать, что и не беспокоится, но сзади раздался голос Эдуарда Олеговича:
- Удивительно! Взрослый человек, а такая страсть!
- Страсть? - удивился Андрюша. - К Ангелине?
- О нет! К таксидермии.
- Не понял, - сказал Андрюша. Он не знал такого слова.
- Вася мечтает сделать чучело из этого редкого экземпляра и послать в Академию наук.
- Это не чучело! - возмутился Коля. - Гришка триста лет жил и еще проживет.
Неподалеку возникли Сеня с Семеном.
- Я пошел, - сказал Эдуард Олегович. - В клубе дела. Если захочешь, Андрюша, приходи. Гитару бери, послушаем.
- Спасибо, - сказал Андрюша. - Я вот о мельнице думаю.
- О мельнице? - улыбнулся Эдуард Олегович. - Старухи уверяют, что там вроде бы привидение проживает.
- Живет, - подтвердил Сеня. - Все знают, что живет.
- А кто-нибудь видел? - спросил Андрюша.
- Пойдешь, сам увидишь, - сказал Коля.
- Пойдем, - сказал Андрюша.
- Сейчас? - Коля посмотрел на небо. - Стемнеет скоро.
От реки донесся натужный вой двигателя. Все оглянулись туда.
В облаке пыли появился грузовик. Набирая скорость, он промчался по улице. Мелькнуло лицо Василия, пригнувшегося к рулю.
Грузовик выскочил на дорогу, пронесся по аллее берез, свернул за холм и исчез.
- Нет, - сказал Эдуард Олегович. - Пойду на репетицию. Совершенно недопустимо ездить по улицам с такой скоростью. А вам... - он печально поглядел на Андрюшу, - идти на мельницу не рекомендую. Вечером в лесу опасно, мало ли что почудится. К тому же мельницы, по моим сведениям, давно уже не существует...
- Не существует? - сказал Сеня обиженно. - А я что, слепой, что ли? Что я, школу-интернат в Волчьем логу видал?
- Все ясно, - сказал тогда Андрюша, оглядев молодежь. - Я иду за фотоаппаратом, через минуту выступаем.
13
Андрюша схватил сумку с камерой и тут же выскочил из дома.
Малолетняя гвардия переминалась с ноги на ногу. Здоровый народ, подумал Андрюша, не болеют, сливки вместо молока пьют, занимаются спортом, телевизор смотрят, а вот верят в привидение секунд-майора. Стыдно.
- Далеко идти? - спросил он.
На лицах гвардии наметилось некоторое разочарование. Видно, надеялись в глубине души, что городской ученый пошутил.
- Нет, - сказал Сеня. - Если, конечно, не заблудимся.
Не заблудились. Правда, добирались до Волчьего лога больше часа. Шли напрямик через сосновый бор, затем по пологому склону, поросшему можжевельником, через небольшое болото, по лугу, где стояли стожки сена, потом попали в глухой бурелом, что остался от давнишнего лесного пожара.
В лесу было много грибов, крепкие боровики - шляпки с тарелку - умоляли собрать их, но собирать было некуда. Через полчаса Сеня с Семой устали, пришлось передохнуть на полянке, усыпанной черникой. Пока сидели, не сходя с места, наелись черники до синевы на языке, горстями стаскивая ягоды со стеблей.
Потом лес стал гуще, будто никто никогда по нему не ходил, но вдруг впереди обнаружился просвет. Солнце только село, и в лесу сразу стало неуютно. Путешественники поспешили к свету.
Оказалось, это заросшая по грудь дорога, угадать которую позволяли лишь канавы по сторонам. Правда, посреди нее трава была примята, видно, кто-то по этой дороге ездил.
- Тут когда-то скит был, - сказал Сеня. - Дикие отшельники прятались. Только их скит в озеро провалился.
- Сказки, - возразил Семен. - Лесоразработки тут были.
Дорога заросла крапивой, ее приминаешь, она поднимается лениво, с раскачкой, норовит хлестнуть по лицу смертельной болью. Из леса тянуло вечерним холодом, а на дороге еще было светло, и жужжали, спешили добрать дневную норму пчелы, стрекозы парили над головами.
Справа открылась низина.
- Вот он, Волчий лог, - сказал Сеня. - Тут мельница стоит.
Он поспешил через лужайку, остановился, огляделся.
- Вот. Здесь она стояла.
Трава в середине поляны была примята большим квадратом, особенно глубоко в землю уходили следы двух параллельных бревен. Внутри квадрата трава была низкой, жухлой и белесой.
Коля пошел кругами все шире, наконец крикнул:
- Она в эту сторону ушла!
Андрюша отмахнулся. Мистики он не любил. Мистика не входила в круг привычных для него понятий, а раз так, ее существовать не могло. Но похоже было, что они пришли именно в Волчий лог, а здесь недавно еще стояла мельница. Только мельница ушла.
- Я серьезно говорю, - сказал Коля. - Она следы оставила.
Мельница, видно, ползла по траве, кое-где вырывая ее целыми пластами. Борозды вели к дороге.
- Зачем? - спросил Андрюша. - Кому это нужно?
- Кому? - переспросил Семен. - Ясно кому. Секунд-майору. - Он протянул Андрюше что-то блестящее. - Смотри.