—Всем прекрасно известно, чья это вина!
—Ты можешь подать апелляцию, если тебе угодно.
Да он издевается...
—De qué carajo se trata la apelación cuando eres francamente culpable! — Он схватился за волосы рукой, чтобы она не полетела в бельгийца.
—По-английски, пожалуйста...
—Ты нормально говоришь по испански, урод!
Брам нахмурился. Как будто упомянули что-то неприятное.
—Да. Говорю. — Он скривился. — Но от тебя этот варварский язык звучит ещё хуже. Более того, мы должны...
—Плевать я хотел! — Педро легонько толкнул его. — Ещё раз тебе не сойдёт это с рук. Джилл едет куда лучше тебя. Я видел. Я изучал твою телеметрию. Если ты не дотягиваешь, Брам, то лучше, наверное, вообще не пытаться.
Как будто что-тотнадломилось после этих слов. Вандевельде выглядел очень обиженным. И рассерженным. Он сделал шаг навстречу Карпене, так, что тот отступил назад.
—От кого я это слышу? Что с тобой стало, Педро, пенсия зовет? То как ты водишь в последнее время — cette honte! Как будто ты хочешь, чтобы мне стало стыдно за то, что я еще сорвеновался с таким как ты.
Но пустые оскорбления пролетели мимо Педро.
—С кем ты снюхался? Из FIA, с кем?
—Я бы на твоём месте прикусил язык, Карпена. Мне известно, как Точчи оказался здесь. Мне известно, куда делся Сликвуд. — Брам пожалел, что сказал это, ведь подобную информацию он держал при себе до подходяещго момента, но его было уже не остановить. — Если ты ещё раз заявишься позорить себя и, главное, меня заодно, то будут последствия, Карпена.
Педро бы впился ногтями в собственную ладонь, не будь они коротко подстрижены.
—Последствия будут тебе на треке, я твою морду вгоню в стену в следующий раз, Вандевельде. Ты не увидишь подиума в этом сезоне, я позабочусь об этом! — Карпена почти рычал. — И если ты ещё хоть раз втянешь Киллиана в свои паучьи сети, то я клянусь, мы будем решать это с тобой не так цивильно как сейчас.
—Спустишь мне шины? Как шпана? — Брам закатил глаза. — Вы с твоей шайкой такие импульсивные...
Он ведь нарочно пытается выести Педро из себя.
Карпена почувствовал, что сотрясать воздух с Брамом было бессмысленно, поэтому, после очень гневной тишины он процедил:
—Cuídate, Van De Velde.
—Oh, les manières. — Его взгляд был холодным и надменным в ответ. — Prends soin de toi aussi, Karpena.
Педро ушёл, не дожидаясь даже окончания фразы. Он толкнул Брама плечом, а тот сдержался, чтобы не сорваться и не устроить драку. Маленький, раздражающий испанец, язва на его карьере. Хотя, справедливости ради, у Брама уже были проблемы посерьёзнее.
Вдох. Выдох. Вандевельде выпрямил спину и вернулся в моторхоум. Им еще предстояло дать сто пятдесят интервью с одними и теми же постными политкорректными ответами.
Педро встретил Киллиана и Кассандру. Брат был обеспокоен, но явно не так сильно, с тех пор как узнал, что Педро не пострадал.
Она немного изменилась с их последней встречи. Отрастила волосы, чёрные буйные кудри. Её греческий элегантный нос красиво очерчивал её профиль так же, как и тогда. В ралли она всегда стригла волосы коротко, чтобы они не мешали ей. Педро и не думал, что под мальчишеской стрижкой могло скрываться такое богатство.
Киллиан, похоже, тоже.
—Ужасная авария. — Сказал Киллиан при виде Педро. — Ты как, hermano?
—Я в порядке. — Сказал Педро так, словно хотел успокоить брата. — Но я совершил глупость. Я наехал на Брама.
—Подонок переживет. — Отмахнулась Кассандра. — Мне жаль за гонку, Карпена. Это был отличный обгон.
Они приветственно обнялись. От нее пахло чем-то сладким и сливочным.
—Не знаю, почему FIA не стали расследовать аварию. Ты откровенно был жертвой какой-то... ошибки Брама! Да за такое должны хотя бы в лицензию штрафных добавить!
—Это уже не спорт. А какой-то ящик со змеями. — Сказал Педро разочарованно.
Его телефон зажужжал. Сумма, достаточно большая, но безобидная для Педро, снялась с его счета. Он открыл выписку из банка. Авиаперелет, по цене — бизнес класс не самой дешевой авиакомпании. Этой компанией всегда летает Валери. Тут же Педро на глаза попался счет из больницы двухмесячной давности.