У всей команды PinRace зубы скрипели от такого заявления.
Киллиан тоже смотрел за происходящим и, когда к нему обратилась журналистка, он тоже высказался:
—Квалификация в Монако это действительно очень важное мероприятие, возможно, самая важная квалификация в сезоне. Закрывать глаза на нарушения здесь чревато последствиями. Это дела Pinnacle, но если бы что-то подобное произошло в Nova, я был бы огорчен. — Сказал он, его брови чуть хмурились, подрагивая от сдерживаемых эмоций. — В Формуле-1 есть определенные правила, которые необходимо соблюдать.
—Я не буду никак комментировать произошедшее. Думаю, вы знаете мою реакцию. — Педро говорил в микрофон, держась да ограждение, смотря куда-то вниз, под собой. — Знаете, как я бы поступил. Не спрашивайте меня о Браме, пожалуйста. Спасибо. Если бы я начал, то разговор был бы не самый приятный. И вам и мне хватило предыдущих нескольких лет. В любом случае, я рад полупозиции, чистой. Спасибо.
—Я даже не знаю о чем вы! — Тони Джилл улыбнулся, когда его тоже спросили. — Правда, я... Что? Если судьи решили, что он ничего не сделал, то им виднее. Я вообще ничего не видел. Давайте о чем-то другом...
—Мне обязательно с ними говорить? — Гонсалу грустно посмотрел на своего менеджера из закутка, где их никто не видел.
—Пару слов. — Ответил тот. — Так надо. Просто скажи что-нибудь базовое, что они слышали сто раз... А потом... Я тебя отмажу. Давай, просто по протоколу.
Мнения разделились, а недовольство выросло. Людям нужна была кровь — они ее получили. Если FIA не принимает меры, то их обязана принять толпа, урегулировать вопрос, показать свое отношение. Фанаты Гонсалу были вне себя от отчаяния. Такого рода стычки были палкой о двух концах. Поддержку теряли обе стороны конфликта. В сети — хаос. А контролировать хаос не мог никто, кроме времени, все принялись ждать, смотреть, куда волна прибьет результат.
Гонсалу достал телефон и назначил повторный сеанс.
Пускай.
VIII: Извилистая трасса
Он вертел в руках свой шлем, он приятно блестел зелеными искорками на свету, которые отдавали, желтым, изумрудным, даже немного оранжевым...
Очередной благотворительный ужин, на который оба гонщика Pinnacle Racing были обязаны прийти. Педро, чуть переживая, взял под руку Валери и повел в одно из самых роскошных и старых зданий Монте-Карло. В прошлом году он выиграл гонку на трассе этого города, а теперь на него смотрели с ожиданием еще и того, что он сделает это и в этом году.
Что он, впрочем, и собирался сделать.
—Педро, ты весь в меня вцепился. — Прошептала она, чуть погладив его щеку прядью волос. — Расслабься, ты же чемпион все-таки.
—Извини, querida, просто тут... Слишком много народу и всякого... Ты знаешь.
Ему показалось, что она вот-вот закатит глаза. Валери часто так делала. Закатывала глаза когда смеялась, когда ее что-то бесило, когда смущалась. Все слилось в такой комок, что он не всегда мог считать причину этого жеста.
—Педро, просто успокойся. Ты можешь встать в уголке и делать вид, что мы — часть декорации. Только мне бы найти Наташу... Я хотела поговорить с ней о той коллаборации...
Карпена с нейтральным выражением лица осмотрел зал. Красивая сверкающая люстра. Блестящий пол, куча народу в дорогих нарядах, шампанское, несколько их спонсоров, которые крепко пожали ему руки еще на пороге, когда он даже не успел войти. Где-то в углу с их общим владельцем команды общался Брам. Тогда они еще были сокомандниками. Но трещина уже пошла, когда Вандевельде нагло и жестко бортанул его как минимум три раза за сезон.
Глава по тимбилдингу обещала уволиться, когда ее назначили работать с этими двумя.
Валери осматривала зал через свой бокал, немного нетерпеливо топая каблучком. Это был не ее мир. У нее даже волосы смотрелись чуть дешевле, чем у остальных. Но она продиралась в этот мир со своим собственным стартапом так долго, что нет смысла отступать. Педро позвал ее как свою плюс один, но, справедливости ради, она не могла упустить возможности пообщаться со своими возможными карьерными связями.