У Педро волосы торчали в разные стороны, он лишь иногда стирал пот со лба и вновь принимался за осмотр транспорта. К ним подошла их мать, принесла холодной воды, одну большую бутылку, все еще запотевшую... Старший открыл ее и сначала протянул Киллиану, чтобы тот попил первым.
—Ну как успехи, получается? — Их мама подошла к Педро, тоже посмотреть на карт.
Тот почесал нос и махнул рукой на конструкцию.
—Узнаем! Если Кийо довезет его в сохранности, то, может, ничего не отвалится. — Он едва заметно улыбнулся. — Новый карт, не знаю, как поедет... Лучше бы он взял мой...
—Твой уже не подойдет, Перико. — Сказала она и обратилась к младшему сыну. — Киллиан, ты все запомнил? Все, что тебе говорит Педро ты должен внимательно слушать, ведь это тебе пригодится.
Вот опять этот тон. Не поучающий, не приказывающий. Но, все равно, маленькому Киллиану, в его гордые двенадцать лет, он не нравился.
—Я все понял... — Вяло ответил он.
—Мы в тебя верим, cariño. — Сказала она . — Точно все попили? Жара такая, не знаю, можно в обморок упасть! Кийо, ты хорошо попил? Не забудь перед гонкой сходить в туалет и если во время нее тебе вдруг станет плохо...
—Мама, я знаю, знаю, что мне делать! Все! Я помню! — Киллиан закатил глаза и повертел белокурой головой. — Мне не станет плохо! Там, когда едем, ветер! И не жарко!
—Вот именно. Он не первый раз катается. — Сказал Педро немного суховато, но без цинизма. — И давно живет в Барселоне.
Их мать выдохнула. Спорить с двумя сыновьями сразу ей не хотелось, да и действительно, у них больше в этом опыта. Она полила водой на руки Педро, чтобы он мог их помыть, а потом принялась помогать младшему. Педро в этот момент увидел отца чуть поодаль, схватил баллончик со смазкой для колес и зашагал к своему родителю, о чем-то спрашивая с серьезным видом.
—Мам? — Тихонько позвал Киллиан, когда она от чего-то отряхивала его рукав.
—Да?
Ее взгляд. Тот самый, который унаследовали они оба, но в особенности Педро. Резкий, сосредоточенный, но, при этом, теплый. Под таким даже не знаешь, какую эмоцию она использует. Как будто на полной готовности броситься во что угодно, чтобы помочь своим дурным мальчишкам. Выполнить любой, даже самый идиотский каприз.
Чего она, кстати, почти никогда не делала за просто так, ведь воспитывались Карпены в достаточно строгой, но справедливой обстановке...
—А если я не выиграю, как Педро?
Ее взгляд смягчился. Уже достаточно высокий для своего возраста Киллиан еще раз напомнил о том, как быстро он рос. Что он все меньше и меньше становился похож на того милого ребенка, который лип к родителям и брату. Киллиан приобретал черты, которые ей были хорошо знакомы. Неуверенность, бесконечные неудобные вопросы самому себе. Неужели он достиг той точки, когда ребенок знакомится со страхом поражения и неодобрения?
Или в этом виноваты они с мужем?
—Ты выиграешь. — Сказала она. — Никогда не думай, что не сможешь победить. Не сейчас, так в следующей гонке...
Она вздохнула и глянула куда-то позади сына. Педро стоял и разговаривал с их отцом чуть поодаль. Ей самой не было известно, как правильно разговаривать о таком с детьми. Как сделать так, чтобы они не повторяли ошибок своих родителей?
—И не сравнивай себя со старшим братом. И вообще ни с кем. Никогда. Ты меня понял, Кийо? — Она улыбнулась и игриво ткнула пальцем ему в плечо. — Есть только ты, карт и траектория, которой нужно придерживаться.
Киллиан не знал, успокоило его это или нет. В этом возрасте не все напутствия родителей ему были понятны. Какие-то ему казались совсем глупыми и бесполезными, но тогда он решил довериться маме. Она не была испанкой, ее фамилия Грэм была в самом конце их имени, никто не использовал ее, о ней можно было бы и вовсе забыть. Но порой ее присутствие успокаивало как прохлада на ожог.