McAllister общими усилиями только что подарили всем бесплатную переобувку и, фактически, победу Карпены.
Остаток гонки без происшествий, уикенд и без того оказался полным событий и волнений. К последнему кругу все подуспокоились. Итак, к финишу зрители могли наблюдать такую таблицу победителей:
Педро Карпена
Уильям Фокс
Гонсалу Монтейру.
Радости пилотов и фанатов не было предела. Педро взвесился, как положено, и поспешил поздравить Монтейру с подиумом крепким объятием. Сегодня в Pinnacle racing большой праздник — оба пилота взойдут на пьедестал.
Когда они встретились в одной комнате, ожидая подиум, Фокс не мог восторженно не обсудить с Педро тот обгон. Они посмотрели на то, как это выглядело со стороны по телевизору и, под звуки одобрения, Педро потрепали по плечам и волосам, как любимого брата, совсем не жалея, что он пришёл первый. Это было достойно и он заслужил это. Гонса также поделился некоторыми опасными моментами, все ещё румяный от радости и нервов. Его так давно не было на подиуме, что он успел забыть какого это.
Однако ему быстро напомнили! Испанский гимн, уставшее, но довольное лицо Карпены, который старался сдерживать эмоции от собственного триумфа. Ликующая толпа — команды, фанаты. Рукопожатия, награждение и вот оно — шампанское, от которого необходимо жмуриться. Энрике облили так, словно он в нем искупался. Инженер выхватил бутылку у Фокса из рук и поспешил вылить содержимое Педро за шиворот. Все смеялись. Тучи разнесло ветром и давно сияло солнце, делая воздух чуть душным после дождя.
— Гон-са-лу! Мон-тей-ру! И Пед-ро! Кар-пе-на! — Ревела вся остальная команда, стоило им встретиться с ними.
Их облили ещё раз, облепили объятиями и даже обсыпали поцелуями.
— Придурошный! — Кике повис на шее Педро одной рукой. — Я думал ты там в гармошку сложишься!
— Я тоже.
— За Монтейру!
— За Монтейру! — Отозвались голоса.
Каждый нашёл минуту поздравить победителей. Далее — душ, потом их ожидали интервью, разборы полётов. Вся канитель. Педро пришёл в себя быстро, но он видел как загорелись глаза у Гонсалу, как его похвалила команда. Это придавало уверенности всем, не только их команде, но и всему пелотону.
Во время интервью все пилоты демонстрировали различные эмоции от исхода. Кто-то был недоволен собственным темпом и удачей. Кто-то счастлив набрать очки. Джиллу было очень досадно, но к моменту интервью, уже остыл и снова был весел как обычно.
Карпена получил поздравления от Киллиана. Эйлис пришла четвёртая, поэтому в Nova тоже были поводы для радости.
— Точчи в очках, но, бедный, перепугался тем предупреждением.
Они по доброму посмеялись над Тино. Потом немного посплетничали, как это обычно бывает. Киллиан «по секрету», рассказал Педро о том, что Джилл после схода очень на себя сердился и ещё больше — на Брама, за то, что тот не хотел отдавать позицию. Педро фыркнул, еще бы! Добро пожаловать! К его удивлению он также узнал, что Брам хвалил его обгон.
— Да ты что? — Сухо сказал он, выгибая бровь. — В интервью он сказал, что ничего не видел.
— Это было после. Тино показал ему.
— Тино с ним общается?
— Нет. Но он общается с Джиллом. Брам не очень разозлился своей позиции, что удивительно.
— Dios... Что за сумасшедшие цепочки...
— В общем, Вандевельде глянул и, по словами Тино, застыл ещё минут на пять с серьёзным выражением лица, пересматривая и изучая детали. Потом он вернул телефон со словами «лёгкая добыча», а затем сказал, что тебе как обычно спокойно не живётся, и что он и не ожидал от тебя чего-то меньшего.
— Надо же! И впрямь похвалил!
Братья посмеялись и над этим. Обгон действительно великий, но скромный Педро вёл себя так, будто ему хотелось поскорее замять произошедшее.
Так закончился Гран-при Канады, с улыбками на лицах и облегчением в груди. Педро, вернувшийся в свой привычный темп, на минуту забыл о своих тревогах. И, пусть все ещё саднило, он был рад хорошо прокатиться по треку, сделать то, что он действительно любит. Разделить победу с близкими. Вечером они с Кике обещали друг другу взять за шкирку Гонсалу и вытащить его на ужин. Это была их общая победа. Потом вновь их ждал перерыв. Энрике собирался вернуться на Пуэрто-Рико, все остальные — по домам.