С переездом государя и его семьи в Царское Село и Павловский парк значительно оживился благодаря тому, что почти на каждом гулянье присутствовал кто-нибудь из царской фамилии.
Чаще других приезжал на музыку сам государь, которого неизменно сопровождал его любимец-адъютант, фамильярно врезавшийся в толпу, здороваясь направо и налево со всеми и усердно следя за тем, на кого обращено исключительное внимание государя. Великий князь Михаил Павлович, не любивший общества этого фаворита, уклонялся от сопровождения государя на музыку в Павловск и делал это так демонстративно, что в те дни, когда заранее было известно, что великий князь поедет вместе со своим державным братом в Павловский парк, любимый адъютант государя сам заранее под тем или другим предлогом отклонял от себя эту поездку.
Однажды, когда Михаил Павлович приехал в Павловск позже обыкновенного и совершенно неожиданно, государь, сидевший в конце парка, неподалеку от тогдашней Китайской беседки, впоследствии снесенной по его приказанию, завидев брата, поспешно встал и пошел к нему навстречу.
Фаворита императора в этот вечер не было, и его сопровождал только дежурный флигель-адъютант.
— Ты один? — спросил великий князь, крепко пожимая руку брата.
— К сожалению, один! — развел руками император.
— Почему «к сожалению»? Неужели тебе так скучно без твоего полунемца?..
Великий князь всегда называл любимца государя «полунемцем».
— Да, скучно, потому что он всегда всех знает и может не только по имени всех называть, но и приблизительную биографию каждого сообщить.
— А тебя заинтересовала чья-нибудь биография? — рассмеялся великий князь.
— Еще как заинтересовала-то! — смеясь, покачал головой государь. — Прямо скажу тебе, я очарован! Такую красавицу увидал, что, как говорит старый сашин «дядька», ни в сказке сказать, ни пером написать!..
— Где же ты увидал такую сказочную красавицу? Здесь, на музыке?
— Здесь, здесь!.. Она все время тут в парке прохаживалась со старой, очень красивой дамой. С ними какой-то офицер гвардейский был сначала, а потом он ушел и они остались одни. Ну, уж и красавица, я тебе скажу!.. Не помню, чтобы мне когда-нибудь приходилось видеть что-либо подобное!
— Браво! Да ты прямо в восторг приходишь?
— Именно в восторг, брат, положительно в восторг!
— И куда же девалась твоя небывалая красавица?
— Не знаю!.. Исчезла… в воздухе расплылась, как сильфида… на дно речное опустилась, как русалка!..
— Жаль!.. Взглянул бы я на такую сказочную принцессу! — рассмеялся великий князь.
— И, наверное, очаровался бы так же, как и я!
— Легко быть может! А пока позволь мне пойти раскланяться с прелестной молодой девушкой, которая хотя и не принадлежит к сказочным виденьям, но тоже в смысле красоты постоит за себя! — и, не дожидаясь ответа государя, Михаил Павлович поспешил навстречу выходившим из боковой аллеи Лешернам, матери и дочери.
Он любезно сказал несколько слов старой генеральше, улыбнулся красавице-невесте и, доведя их до платных мест перед музыкальной эстрадой, раскланялся с ними и вернулся к государю.
Тот поспешил к нему навстречу и взволнованным голосом осведомился:
— С кем это ты сейчас разговаривал? Ведь я о них тебе и говорил, про них тебе и рассказывал.
— Так это — твоя легендарная красавица? — весело рассмеялся великий князь. — Очень рад, что она так понравилась тебе.
— Да кто она? Кто?
— А та самая молодая девушка, о которой мы с тобой недавно говорили и судьбой которой мы так заботливо занялись!.. Это — дочь покойного генерала Лешерна, невеста князя Несвицкого.
— Как?.. Эта красавица — молодая Лешерн?.. И от брака с этой красавицей так упорно открещивался твой офицер?
— Как видишь! — пожал плечами великий князь.
— Ах он дуралей! — бесцеремонно воскликнул государь. — И родятся же на свете такие! А она, что же, влюблена в него? — продолжал он, видимо заинтересованный разговором.
— Очевидно, да, если так беззаветно отдалась ему!
— Да, вот как? Ну, теперь по крайней мере хотя ты устроил ее материальное благосостояние, потому что в ее счастье с этим субъектом я отказываюсь верить! — произнес государь после минутного молчания.
— Да, я передал ей данные мне тобою деньги, да кроме того, наша «волшебница» прислала ей роскошное подвенечное платье и прибавила к этому дорогой жемчужный прибор…