вероятно, я долго не проживу. <Как> Пугает меня эта мысль: я еще не оправдал себя.
Светлбуважаемый Валерий Яковлевич!
Вы доставили мне яркое удовольствие присылом своих книг, и я душевно
благодарю Вас за Вашу любезность.
С добрым к Вам чувством. 911 окт., 19. СПб.
Игорь-Северянин
2
20
февраля 1912 г.
Ваша тонная поэза, ко мне обращенная, вдохновила меня на отклик, который я и
посылаю Вам при этом письме.
Второе издание тома III я, к сожалению, не могу выпустить теперь же, хотя Ваше
компетентное мнение о нем было бы для меня чрезвычайно интересным и - я прибавлю
- ценным.
Издателей я не беспокою; они же, очевидно, пока во мне не заинтересованы. Однако
верю, все устроится в будущем.
На днях выходит моя новая тетрадь, и я, конечно, тотчас же вышлю ее Вам.
Какое впечатление произведет она на Вас?
Душевно к Вам влекомый
1912. II, 20
Игорь-Северянин
НА ЛЕТУНЕ
Валерию Брюсову
Король на плахе. Королевство —
Уже республика; и принц Бежит, сестры спасая девство,
В одну из моревых провинц.
И там, в улыбности привета,
У острых шхер, у сонных дюн,
Их ждет — и палуба корвета,
И комфортабельный летун.
Вперед! — осолнечен пропеллер,
Стрекочет, ветрит и трещит;
Моторолет крылит на север,
Где ощетинен бора щит.
Скорбит принцесса. В алой ленте Лукавит солнце, как Пилат.
Злодея мыслит в президенте Беглец из мраморных палат...
И, очарованный полетом,
Дарит пилоту комплимент,
Не зная, что его пилотом —
Никто иной, как президент!
1912. II, 17
Игорь-Северянин
8
мая 1912 г.
1912. Май, 8. Столица на Неве
Мне дорогой Валерий Яковлевич!
47
Вчера у меня состоялось заседание дирекции «Петерб<ургского> глашатая», на
котором восторженно, - и единогласно постановлено: просить Вас оказать нам честь
стихотворением для альманаха нашей газеты, посвященного памяти К. М. Фофанова, и
выходящего в свет 17-го мая. Содержание его будет вне определенной темы, и любое
Ваше произведение украсит первый столбец первой страницы.
Сегодня, в 10 час<ов> утра, весь материал сдан в набор, и я извиняюсь перед Вами,
беспокоя Вас ожиданием в ближайшие дни Вашей рукописи: генеральная корректура
будет подписана 16-го мая утром.
Номер же третий «Петербургского гл<ашатая>», в котором идет передовая статья г.
Игнатьева о Вашем четвертом томе, выходит 27-го августа, после чего газета начнет
выходить ежемесячно.
Ваше поручение передано мною вчера Грааль-Арельскому.
Порывно благодарю Вас за Ваше великодушевное письмо, меня окрыляющее.
На днях у меня начался пятый толстый том «Критики о моем творчестве», критики
бездарной, завистливой и мною ослепленной: тщательно собираю все вырезки, чтобы
ознакомить с ними моего подрастающего читателя.
Я лазорево смотрю в Ваши глаза.
Светлый Титан!
Любящий и уважающий Вас
Игорь-Северянин
4
24 мая 1912 г.
Мне дорогой Валерий Яковлевич!
Радостно благодарить Вас за Ваш щедрый и прекрасный дар нашему изданию.
Крылю Вам свой сердечный привет, сердечную признательность. Надеюсь, Вы и
впредь не оставите наше издание своим вниманием.
Это лето я хочу проводить всюду, и, если Вы вспомните обо мне, направляйте,
пожалуйста, письма на мой постоянный столичный адрес.
Давно собираюсь Вам сообщить, что Г^ааль-Арельский и Георгий Иванов,
«оставаясь со мною в лучших отношениях», в ректориате Академии Эгопоэзии больше
не состоят и «Футуризму не сочувствуют»: гг. синдики «Цеха поэтов» «нашли
несовместимым и то и другое», и вот - «им пришлось делать выбор»...
Все это, конечно, смешно, но и грустно: Гр<ааль>-Ар<ельский> - одаренная натура,
а Иванов обладает вкусом. Впрочем, мне остается только преклониться перед их
решением... Прошу Вас принять мои блестящие пожелания, дорогой Валерий
Яковлевич!
Любящий и уважающий Вас
Игорь-Северянин
912 Столица на Неве Май, 24
5
30
сентября 1912 г.
Мне дорогой Валерий Яковлевич!