Она повернулась к кролику, чтобы еще раз его погладить, но тут за ее спиной вспыхнули несколько ярких лучей света. Лучи ударили по зверюшке один за другим.
Компьютерная мышка в руке Мэдди вздрогнула. Кролик отпрыгнул в сторону и зарычал.
— Что за…
Кролик быстро вырастал в размере и скоро сделался размером с быка. Его глаза запылали красным и жестоким огнем.
<Дэвид> Глаза, по крайней мере, больше похожи на настоящие.
Кролик зарычал, обнажая два ряда острых, как кинжалы, зубов. Звук был утробный и страшный, скорее подходящий для волка. Из углов рта кролика вырывался дым.
— Э-э…
Кролик прыгнул на Мэдди. Она инстинктивно отпрянула, но споткнулась и упала. Животное широко распахнуло пасть и выстрелило в нее струей огня. Дэвид, ее отец, бросился на помощь — но поздно. Монахи не могли пользоваться доспехами, а поднять свою оболочку «ци» Мэдди не успела. У нее будет серьезная травма.
Но язык пламени отклонился от нее — драконья чешуйка сработала как щит.
Воодушевленная успехом, Мэдди вскочила на ноги и бросилась на кролика. Она ударила кулаком ему в морду, оглушив его и заработав при этом кучу бонусных очков. Сразу вслед за этим отец взмахнул воздушным топориком, подарком богини Лиа, и рассек кролика пополам.
Они оглянулись посмотреть, откуда пришли лучи света: четверка противников стояла неподалеку и махала им руками.
— Чешуйка нам нравится, — сказал один из самураев. — Мы просто постоим здесь и подождем.
«Стервятники!» — осенило Мэдди. Хотя это и не PvP сервер, здесь все равно можно убить другого игрока и, пока тот не возродился, забрать его имущество.
<Дэвид> Сзади.
Мэдди обернулась как раз вовремя, чтобы отпрыгнуть в сторону: на нее бросились еще два громадных кролика. Они промахнулись всего на несколько дюймов. Мэдди и Дэвид скоординировали свои атаки, и им удалось разрубить кроликов. Теперь это были четыре куска туши. Но вместо того чтобы через пару секунд исчезнуть, куски начали извиваться и превратились в четырех новых огнедышащих кроликов.
— Я так думаю, они выбрали сочетание взрывного роста, огненного дыхания, свирепости и быстрой регенерации, — сказала Мэдди. — Каждый раз, когда мы рассекаем одного, его место занимают два новых.
Они слышали, как противники смеются и делают ставки на то, как долго они продержатся.
Мэдди и Дэвид вместе припадали к земле, прячась за драконьей чешуйкой от огненных струй. В промежутках они пытались оглушить кроликов координированными ударами кулаков и битами — но не топором. Затем стали бегать по полю так, чтобы активные кролики плевались огнем в своих оглушенных клонов, так как, по-видимому, это был единственный способ сдержать их быструю регенерацию. Но совсем не пользоваться топориком Дэвида не удавалось, потому что кролики двигались быстро и часто оказывались слишком близко к ним. Поэтому их окружало все больше и больше кроликов, пока в конце концов адамантовый щит не сгорел и кролики их не одолели.
— Это было нечестно! — сказала Мэдди.
<Дэвид> Они держались в рамках правил. Они просто нашли хороший хак.
— Но мы побеждали!
<Дэвид>
Мэдди мысленно перевела смысл смайликов: «Молодец, дочь. Наша битва с кроликами навечно останется жить в легендах».
Она представила себе, как отец произносит эти слова с торжественной интонацией, и рассмеялась.
— Эта битва прославится так же, как последняя схватка Виглава и Беовульфа.
<Дэвид> Вот, другое дело.
— Спасибо, что нашел для меня время, папа.
<Дэвид> Мне пора. Поджигатели войны не дают нам передышки.
И в одно мгновение окошко чата погасло. Отец уже был где-то далеко в эфире.
Было время, когда Мэдди и ее отец играли в видеоигры каждые выходные. Теперь, когда его больше нет в живых, такая возможность выпадала нечасто.
В Пенсильвании, в деревенском доме бабушки, жизнь была тихой и мирной как никогда, но заголовки в персональном дайджесте новостей Мэдди с каждым днем становились все мрачнее.
Государства, бряцая саблями, угрожали друг другу. Фондовый рынок снова обвалился. По телевизору выступали краснолицые эксперты; они кричали и дико жестикулировали, но большинство людей не слишком беспокоилось — мир просто переживает очередной спад в цикле подъемов и провалов, а мировая экономика слишком интегрирована, слишком сложна, чтобы вдруг развалиться. Возможно, придется потуже затянуть пояса и немного потерпеть, но хорошие времена наверняка скоро вернутся.