Кейси бросается в мои объятия.
Слова, что мы говорим, почти не имеют смысла. Мы просто хотим слышать звук голосов друг друга. Я приседаю, и она сжимает меня так, что перехватывает дыхание, и мы обе плачем, а ты просто смотришь: на меня, на женщину, на меня.
Я встречаю твой взгляд поверх головы Кейси. Ее сладкий запах поднимает меня в воздух, как гелий.
Я хочу тебя обнять крепко-крепко. Но я знаю… все будет сложнее.
Я не могу тебя винить. Миновал почти год. Ты — не Пенелопа, да и как ты мог быть уверен, что я когда-нибудь доберусь до дома? И потом, трудно выживать в одиночку.
Я не могу тебя винить. Но я все равно осуждаю.
Женщина молчит. Она подходит к тебе, встает рядом и нерешительно кладет руку тебе на локоть. Ты ее не убираешь.
— Я привела ослика, — говорю я Кейси. Я все еще не могу ее отпустить. — Ее зовут Находка. Беги, познакомься с ней.
Она тут же убегает. За ней хлопает дверь. Полагаю, что все-таки ослик ничем не хуже пони.
— Элис, — говоришь ты.
Ты плачешь. Твои молчаливые слезы, крупные как жемчуг, никогда не лишали тебя достоинства. Я же, как всегда, — с красными глазами и хлюпающим носом.
— Это Клэр, — говоришь ты, как бы прокладывая между нами мостик. — Она с Гаваев. Она была в очень трудном положении.
— Я не сержусь, — говорю я. — Но здесь наш дом и наша дочь.
— Не уходи, — говоришь ты.
Смотрю на Клэр. Она высокая, с красивыми плечами, вокруг губ, на оливковой коже, — морщинки от смеха. Она кивает.
Это ведь совсем другой мир, правда? Я пока ее не знаю. И не могу судить.
Я вспоминаю о воровстве еды и воды, благодаря которым я здесь. Вспоминаю, как пряталась в пустыне от тех всадников.
Жизнь всегда преподносит сюрпризы. Может быть, я еще полюблю ее, если я дам ей хоть полшанса. Кейси ведь полюбила.
Я понимаю, что затаила дыхание, и отпускаю его.
— Хорошо. Но я займу нашу кровать.
— Я поменяю простыни, — говорит Клэр.
БЕН X. УИНТЕРС
Бен X. Уинтерс. Его роман «The Last Policeman» удостоен «The Edgar Award» и «Amazon.com Best Book 2012». Другие работы: «The Secret Life of Ms. Finkleman» (номинировался на «The Edgar Award»), сиквел «The Mystery of the Missing Everything», психологический триллер «Bedbugs», два пародийных романа: «Sense and Sensibility and Sea Monsters» (бестселлер «Нью-Йорк таймс») и «Android Karenina». Журналист, драматург. Живет в Индианаполисе и на сайте BenHWinters.com.
Приведи их ко мне
ПРИВЕДИ ЕЕ КО МНЕ, требует голос. ПРИВЕДИ ЕЕ КО МНЕ.
Голос Бога — тревожный гудок среди ночи. Голос Бога — грохотание костей. Голос Бога — скрежетание жернова.
Роберт прижимает руку ко лбу и стискивает зубы, а Бог требует снова:
ПРИВЕДИ ЕЕ КО МНЕ.
Потом — тишина.
Роберт опускает руку и переводит дыхание. Он следует за своей подругой Пией, держась позади нее в паре шагов, как держался большую часть пути, долгих часов их бесцельных блужданий по городу. Не разбирая дороги, наугад сворачивая в переулки, под огромным, усыпанным звездами небом, по извилистым и кривым улочкам, по мощеным дорогам, вдоль пустых тротуаров и широких проспектов их города.
Сначала было очень поздно, потом очень рано, а теперь, наконец, начинался день. Бледно-желтый свет просачивался между домами. Пия, обернувшись, смотрит на него с усталой, мутной улыбкой, и Роберт находит в себе силы улыбнуться в ответ.
Все эти часы Роберт снова и снова слышит голос у себя в голове — он тихий, потом громкий, то умоляющий шепот, то обвинительный крик. Время от времени голос Бога дарует междуцарствия молчания: минуту… десять минут… а потом возвращается и звучит с каждым разом все громче и настойчивее:
ПРИВЕДИ ЕЕ КО МНЕ.
ПРИВЕДИ ЕЕ КО МНЕ.
ПРИВЕДИ СЕЙЧАС ЖЕ.
Здесь никакой двусмысленности, нет недопонимания. Бог хочет, чтобы Роберт убил Пию. Бог хочет, чтобы она пришла к нему, как это уже сделали все остальные.
ПРИВЕДИ ЕЕ КО МНЕ, говорит Бог. ПРИВЕДИ СЕЙЧАС ЖЕ.
Роберт крепко зажмуривает глаза, потом медленно открывает. Он этого не сделает, он не подчинится. Он не допустит, чтобы Пия поняла, что происходит. Ни за что не допустит. Роберт догоняет ее, жестом просит немного обождать и первым выходит из переулка на одну из широких улиц.
По обе стороны от них — жилые дома: номер 16 и номер 17. Роберт и Пия разглядывают их с изумлением. Никто не зажигает света в квартирах, не видно начала дня. Нет утренней суеты: не мелькают в окнах силуэты людей, готовящих завтрак или выбирающих себе одежду на сегодня.