- Разберемся… Люди не должны пострадать… Я не уверена, что через пару месяцев мы вообще будем существовать.
- Как?!? – Оксана испугалась.
- Так… Я вообще уже ни в чем не уверена, а у всех работников семьи, ипотеки, престарелые родители… Пусть у них будет радость в жизни…
- Кристина Александровна, а если юристов придется нанимать?
- Это мои проблемы… Значит машину продам в конце концов! Выкручусь!
Она действительно судорожно думала, как сможет выкрутится из этой ситуации, даже то, что она перед налоговой службой была вовсе чиста не отменяло того, что свою правоту еще придется доказать. День был безнадежно испорчен, ближе к вечеру Крис направилась домой, постоянно смотрела в зеркало дальнего вида – черной машины не было. Она выдохнула, но что-то ей подсказывало, что это отсутствие тотальной слежки лишь маска, которая скрывает истинные намерения бывшего любовника.
***
Приехав домой, она села за ноутбук, сначала проверила почту: здесь она действительно обнаружила письмо-уведомление от налоговой о том, что в отношении ее клиники начато разбирательство. Потом ответила на пару писем клиентов, которые просили дополнительных рекомендаций, потом уделила внимание сайту своей клиники и своим страницам в соцсетях.
У нее никогда не было желания сделать свои страницы закрытыми для взоров лишних посетителей просторов интернета, а тут вдруг она почему-то решила, что не желает выставлять свою жизнь на показ. Ее странички были более чем скромные, всего несколько фотографий, все в приличном торжественном виде, ведь регулярными посетителями здесь были не только друзья, но и клиенты, родители и их друзья, поэтому Крис всегда придерживалась принципа, что все должно «быть чинно и благородно», она поставила на все соцсети закрытый профиль и занялась тем, что стала штудировать вопрос налоговой задолженности и путей выхода из нее.
Этот налоговик был прав: если они что-то смогут доказать, то ей грозил приличный штраф, в особых случаях даже лишение свободы. Окончательно из колеи ее выбило очередное сообщение от Сергея:
- Закрытые профили еще никого не спасали… Я тебя посажу!
Кристина, прочитав очередную угрозу, вздрогнула, это значило лишь одно – она была права, все это было делом рук Сергея, и он продолжал следить за ней, только по-другому, нежели раньше. Отвечать она ему не стала.
16.
Кристина почувствовала, как на ее запястьях захлопнулись холодные оковы наручников. «Приговор суда окончателен и обжалованию не подлежит!» - сказала огромная женщина корпулентных форм и ударила молотком по подставке…
Крис, задыхаясь, села на кровати – снова сон, очередной кошмар, который продолжал ее преследовать не только наяву, но теперь и во снах. Она погладила свои руки там, где несколько секунд назад в ее подсознании были металлические браслеты, она даже успела ощутить их тяжесть.
Переведя дух и успокоив дыхание она опрокинулась обратно на кровать, закрыв лицо руками.
- Что еще? Какую новость сулит нам этот день? – задала она риторический вопрос сама себе.
Она проснулась достаточно поздно, было совсем светло, наступил новый весенний жаркий день. Когда она готовила сама себе завтрак из творожно-овсяной запеканки раздался очередной телефонный звонок от Оксаны, Крис взяла трубку:
- Алло. Оксан, что на этот раз? – Крис глубоко вздохнула.
- Кристина Александровна, а вы наш сайт давно открывали? – девушка явно была в истерическом состоянии.
- Вчера! А что? – Кристина уже затылком чувствовала очередной подвох.
- Там… там…
- Говори!
- Там куча отзывов, которые появились буквально за сутки, правда датируются разными днями…
- И что в них? – Кристина уже примерно понимала, но все-таки решила уточнить.
- Да там полный конец! Мы столько лет работали, поддерживая свой имидж!
- А подробнее?
- Там полный разгром нашей клиники, да вы сами лучше посмотрите… Я даже пересказывать это не могу! Это происки конкурентов, видимо…
- Да нет… этот человек нам не конкурент… вернее мы ему… - это Крис уже говорила сама себе, - Я перезвоню!
Она отбила вызов, а сама направилась к ноутбуку, открыла сайт клиники «New life» и оторопела… Оксана была права, имидж, который они зарабатывали годами был просто сведен к нулю, вся ее работа длинною в несколько лет была раздавлена.