- И не только своих.
- Совершенно верно.
- Я хотел бы спросить вас об Ицхаке Давиде. Вы как-то высказались, что он несколько разбавил эту историю?
- Да, Ицхак Давид, мальчик десяти лет, с математическими задатками. Если другие говорили о Четверге, то он называл место, куда попадал - Царством Четверга. При этом, как и остальные, не мог вразумительно объяснить, что сие означает. Мы с ним довольно долго работали. Даже пару раз погружали в ретроградный гипноз. Это не дало никаких результатов. Ицхак засыпал беспробудным сном часов на пять, игнорируя все наши расспросы.
- Доктор Абеляр, мне, если честно, непонятна позиция военных в этом деле. Почему они отказались принимать участие в расследовании? Из-за того, что им, возможно, что-то известно?
- Мне кажется, как раз наоборот. Им не было известно ровным счетом НИЧЕГО. И сейчас неизвестно. Они решили не вмешиваться, чтобы ненароком не показать свою неосведомленность.
- Кому? Предполагаемому противнику?
Абеляр рассмеялся.
- В том числе и ему. Но в первую очередь Бюджетной комиссии при Конгрессе.
- Вы сами просили генерала Кржича, насколько я помню, об участии. И не одним письмом.
- Да, я написал три письма. После третьего из Минобороны пришла отписка, что участие военных в текущем расследовании не является целесообразным и, что согласно Уголовному Уложению, данное расследование относится к юрисдикции окружной полиции. На этом наше плодотворное сотрудничество с военными и закончилось.
- Вы работали с лейтенантом Камарго?
- Да, лейтенант Камарго возглавил расследование с самого начала. И даже потом, когда было принято процессуальное решение о его прекращении, он неофициально продолжил работу над делом. Комарго не мог просто так оставить все на волю неизвестного науке явления. У него была гипотеза…
- Да, если можно, расскажите о его гипотезе.
- Он считал, что эффект, с которым мы столкнулись, является как раз-таки военной разработкой, который «сбежал».
- Сбежал?
- Да, в силу своей псевдоразумности. Возможно, его тестировали, а он воспользовался несовершенством условий содержания и улизнул.
- Понятно. Но вы с этим не согласны.
- Нет, конечно. Если бы в деле были замешаны военные, то город в кратчайшие сроки изолировали бы по какому-нибудь подложному поводу. Но ничего подобного не произошло.
- Лейтенант Комарго был одним из тех, кто пытался как-то воздействовать на феномен.
- Не только он один. Мы все пытались.
- И с каким успехом?
Абеляр замолчал. Стало слышно как за окном воркуют голуби.
Он продолжил минуту спустя, поудобнее устроившись в кресле.
- Я хотел бы сделать небольшое отступление, поделиться, так сказать, своей бессильной яростью. Вы знаете, когда один из родителей отреагировал на жалобы ребенка? Через месяц! Это самое первое обращение! И только благодаря моему коллеге Рою Андерсену, столкнувшемуся со вторым аналогичным случаем, дело сдвинулось с мертвой точки. Мы зарегистрировали семь случаев. А потом еще шесть. А потом уже тринадцать. И так далее. Первые видеоматериалы мы кстати получили от родителей. Многие из них думали, что техника не исправна. До тех пор, пока не стали ночевать со своими детьми в одной комнате...
Абеляр помахал рукой, разгоняя дым.
- Никто из них не был в состоянии объяснить куда девались эти проклятые полчаса из их жизни. По пятнадцать минут, разнесенные на четыре часа. Мы сами это испытали на своей шкуре, я испытал! И дело не в том, что ты теряешь память, впадаешь в летаргию или еще что-нибудь в этом роде. Нет! Ты просто моргаешь, черт возьми, и время прыгает на 15 минут вперед, и вот ребенка уже в постели нет!
Впервые с начала интервью самообладание частично отказало доктору Абеляру. Его губы задрожали.
- Потом проходит четыре часа! И вот ты снова сморгнул — и перед тобой зареванный ребенок, который не понимает, как все это прекратить и почему ему не в состоянии помочь взрослый… Что мы только не пытались делать: и записывать звуки удаленно, и увешивать датчиками всю комнату, и помещать детей в специальные помещения с экранировкой, и использовать подавители радиочастот и тп и тд и прочее. Ни-че-го! Это к вопросу, с каким успехом мы противостояли данному явлению.
- О сути данного феномена ходит много предположений.
- Это да. Самое распространенное — что с нами, дескать, через детей пыталась вступить в контакт более высокоразвитая цивилизация. И поскольку они там что-то не рассчитали, все закончилось более чем плачевно. Если честно, эта гипотеза оптимистического толка не учитывает один момент: через семь лет мы потеряли сто двадцать семь человеческих жизней. Не кажется ли более безопасным провести попытку контакта на одном субъекте и посмотреть, что будет, а не задействовать сразу несколько десятков человек, причем незрелых и не совсем отдающих себе отчет в своих действиях?