Я открываю рот, готовая огрызнуться на него, но теряю дар речи, когда он опускает ладонь на мою задницу, и эхо шлепка вибрирует во мне. Он повторяет движение в том же месте, заставляя мою спину выгнуться дугой, и использует это легкое движение в своих интересах.
Я едва успеваю оценить его размер, прижимающийся к моей сердцевине, когда он входит в меня. По самую рукоять.
Я не могу дышать.
Я, блядь, не могу дышать.
Его рука снова запутывается в моих волосах, заставляя мою спину выгибаться еще сильнее, когда он двигает бедрами, позволяя мне почувствовать каждый дюйм его длины внутри меня.
Блядь. Блядь. Блядь.
Мое тело сопротивляется, когда он тянет мою голову к себе, одновременно прижимая талию и бедра к кровати, но это самое изысканное неудобство, которое я когда-либо испытывала. Ни секунды передышки, ни времени на привыкание, но с тем, насколько мои стенки скользкие, ему это и не нужно.
Когда он выходит, я тут же ощущаю потерю, но он снова резко толкается, заполняя меня до упора. Я уверена, что он намерен сломать меня, но это просто глупо с моей стороны, потому что после трех таких толчков его темп возрастает.
Я изо всех сил вцепляюсь в простыни, пока он овладевает мной снова и снова. Мое тело горит, на грани эйфории, когда он берет все, что хочет, давая мне взамен именно то, что мне нужно.
Я поддаюсь этому, ему.
Мои груди подпрыгивают, ягодицы все еще покалывает от его резких прикосновений, а мое естество отчаянно сжимается по всей его длине.
— Кончай для меня, Альфа. Покрой мой член своими соками. Докажи мне, как сильно ты хочешь этого, пока твои слова все еще отрицают это, — хрипит он, заставляя мои мышцы сжиматься еще сильнее. — Вот и все. Вот так, — рычит он, врезаясь в меня с большей силой и безудержным желанием, чем я считала возможным.
Его слова запускают взрыв внутри меня, оставляя меня беспомощной, но разваливающейся на части от его прикосновений. Мои губы приоткрываются, позвоночник напрягается, а мир сливается в разноцветный мираж на тыльной стороне моих век.
Удовольствие охватывает меня, когда он врезается в меня в последний раз. От его оргазма его член пульсирует в моих стенках, и они сжимаются вокруг него, продлевая мой собственный оргазм, а затем я безвольно падаю на кровать.
Твою мать.
Твою мать.
Мир движется вокруг меня, когда он выскальзывает из моих бедер, и его жесткая хватка покидает мое тело. Я слышу движение позади себя, но мне требуется целая вечность, чтобы повернуться и посмотреть. Когда мне все же удается сфокусировать взгляд, я вижу его затылок как раз перед тем, как он захлопывает за собой дверь моей спальни.
10
АДРИАННА
Н
а следующий день появилась еще одна роза.
Не знаю почему, но мне хочется заносить их внутрь. Теперь их три. Я достала для них кружку с водой, но мне нужно придумать что-то получше… и быстро.
Снова выходя в коридор, я вздыхаю с облегчением, когда он оказывается пустым. Накинув на плечи серый плащ, я готова вернуться к занятиям. Я уверена, что драма, постоянно окружающая меня, еще не закончилась, но я могу притвориться на некоторое время.
Мысли о моей матери снова проносятся в моей голове, но я подавляю их. Если я не думаю об этом, мне не нужно ничего с этим делать. Это то, чего я придерживаюсь — по крайней мере, сейчас. С глаз долой, из сердца вон.
Я оглядываюсь, чтобы убедиться, что, как и розы, больше здесь ничего нет, но все так же пусто, как и прежде. Я могу справиться с тем, что меня здесь может ждать роза, а не кто-то из парней, которые вечно действуют мне на нервы.
Прошлая ночь с Кассианом — это была катастрофа. Ошибка.
Надеюсь, что в этот раз я смогу дольше держать себя в руках. То, что он так быстро ушел, — это облегчение. Пожалуй. По крайней мере, мне не пришлось собираться силами, чтобы выгнать его.
Дверь Флоры распахивается, вырывая меня из размышлений, и я заставляю себя улыбнуться. Не то чтобы мне было грустно или я была несчастна, но мое «вечно стервозное» выражение лица может заставить меня выглядеть именно такой, если я не постараюсь хотя бы притвориться, что умею улыбаться.
— Вчера все было хорошо? — спрашивает она, когда Арло выходит из ее комнаты вслед за ней, и я киваю. Ее глаза сужаются, когда мы направляемся к лестнице, и ее рука ложится на мою руку. — Чего я не знаю?
— Многого. — Усмехаюсь я. Настолько много, что это даже смешно. На ее лице мгновенно появляется беспокойство, и прежде чем я успеваю передумать, я накрываю ее руку своей, пока мы спускаемся вниз. — Если у тебя будет время посмотреть «Офис», я введу тебя в курс дела.
— Договорились, — отвечает она с усмешкой, и у меня внутри все переворачивается.
Мне нужно решить, скольким я готова поделиться, но, возможно, это будет полезно для меня, — выговориться. Особенно тому, кто не вел себя со мной как полный засранец с тех пор, как я сюда приехала.
Как будто чувствуя мои мысли, один из них появляется на дорожке, когда мы выходим из здания фейри.
Каштановые волосы переливаются на солнце, а черные татуировки вспыхивают на всех открытых участках коже, которые можно увидеть. Его взгляд мгновенно встречается с моим, и я вздыхаю, несмотря на желание воспользоваться моментом и открыто посмотреть на него.
— Сопровождение в столовую становится новым трендом, Крилл? — Я поворачиваю к нему голову, приподнимая брови, и он просто пожимает плечами в ответ.
— Возможно, — отвечает он, и я качаю головой в недоумении, обходя его.
— Я сама справлюсь, но спасибо. — Я не благодарна, ни капельки, но желание выплеснуть сарказм слишком сильно.
Прежде чем я успеваю обойти его, теплая рука ложится на мою руку, точно так же, как минуту назад это сделала Флора. Я со злостью смотрю на это прикосновение, горя желанием использовать свою магию, но вместо этого прикусываю нижнюю губу и поднимаю на него взгляд.
Если я буду злиться, всякий раз, когда кто-то ко мне прикасается, меня будут считать нарушительницей спокойствия, но я уверена, что это не так. Я все решаю действиями, а не словами, но это не всегда хорошо выглядит с точки зрения наблюдателя.
— В каком смысле «ты справишься»? Потому что, если ты имеешь в виду, что «ты справишься», то есть притащишь свою сладкую попку к нужному столику без подсказок, тогда я, возможно, дам тебе пять, как хорошей девочке. Однако, если ты имеешь в виду, что «ты справишься», то есть ты сядешь в другом месте, тогда у нас возникнет проблема.
Моргая, я смотрю на него, обдумывая варианты. То, где я сижу, на самом деле не имеет большого значения в общей схеме вещей. Теперь я вижу всю картину, которая меня окружает, и могу признать ошибочность своих суждений, когда беспокоюсь о ерунде, которая на самом деле не важна. Если посиделки с ними дадут мне небольшую передышку, то я соглашусь.
Я здесь, чтобы быть лидером, чтобы использовать свое законное право по рождению. А это значит, что иногда нужно быть вежливой с теми, кого хочется придушить. Они могут воспринять это как то, что я подчиняюсь им, выполняю их приказы, но пусть они заблуждаются, потому что это далеко не так.
— Встретимся там, Крилл. За столом, к которому меня пригласили, — заявляю я спокойным тоном, вырывая свою руку из его хватки. Он кивает, и ухмылка трогает уголок его рта, прежде чем от уходит, не оглядываясь.
Хм.
Я застываю на месте, пока Флора не толкает меня локтем. Качая головой, я иду в ногу с ней и Арло и следую за оборотнем, который озадачил меня.
Не было ни дальнейших манипуляций, ни головокружения от переноса против моей воли, ничего. Он выслушал меня, поверил на слово, и теперь мне предстоит сопровождать себя самой. От этого факта у меня еще больше кружится голова, чем от быстрой транспортировки.