Выбрать главу

Он не спешил. Подойдя, Люцифер слегка склонил голову и протянул руку — жест был спокойным, почти царский. Без слов, но с очевидным приглашением, удивившись, что он приглашал меня, я приняла руку.

Танец начался медленно. Музыка вела нас, и шаги совпадали так естественно, будто мы репетировали этот момент веками. Ладонь Люцифера легла мне на талию — уверенно, но без давления, задавая ритм. Другой рукой он держал мою ладонь, направляя, разворачивая в плавных поворотах. Я чувствовала тепло сквозь ткань, ощущала, как движения становятся всё ближе, как расстояние между ними исчезает.

Иногда он проводил рукой по моей спине — вдоль линии корсета, медленно, почти невесомо, возвращаясь обратно к талии. Это было не прикосновение ради прикосновения, а часть танца, часть ритуала. Наши взгляды встречались снова и снова, и в этих коротких мгновениях было больше смысла, чем в любых словах.

Вокруг нас зал словно отступил. Маски, огни, музыка — всё стало фоном, остались только шаги, дыхание и я ощутила, что в эту ночь границы между властью, желанием и судьбой действительно стираются.

-Ты прекрасна, - На ухо прошептал Люци, от чего у меня побежали мурашки по телу, он то прижимал то отпускал меня, кружил, вел весь танец, от чего кружилась голова. - Выглядишь так, как будто это ты хозяйка ада.

-Приятно слышать, - Улыбнувшись, запрокинув голову, я посмотрела ему в глаза, хоть я и была на каблуках, но Люцифер был выше меня сантиметров на 30 точно. - Но как ты узнал, что это я? Так очевидно? - Начала уж волноваться я, как мои тревоги перебил Люцифер

Он бросил короткий взгляд на мое платье и едва заметно усмехнулся. Но не спешил ответить на мой вопрос. В торжественном зале время словно замедлилось, когда мы сошлись в танце. Музыка была тихой, глубокой, с тянущимися нотами, они позволяли двигаться так, как подсказывало дыхание. Наши шаги были медленными, выверенными, почти властными: лёгкий поворот, пауза, плавное сближение и снова движение, будто мы читали один и тот же ритм без слов.

Люцифер смотрел на меня неотрывно. В его взгляде не было спешки — лишь внимание и редкая мягкая ирония. Он наклонялся чуть ближе, словно делясь тайной, и в эти мгновения весь зал исчезал. Его ладонь лежала у меня на талии, направляя, а другая удерживала мою руку, позволяя мне самой выбирать, насколько близко я могу подпустить. В каждом жесте чувствовался контроль, но не подавляющий — уверенный и спокойный.

— Я выбрал это платье для тебя сам. Мне было важно, чтобы оно подчёркивало тебя и твоё терпение.- Я ответила лишь приподнятой бровью — Знак, который он понял мгновенно и усмехнулся.

— Терпение? — Мой голос был ровным, но в нём скользнула насмешка.

— Да, — Люцифер наклонился еще ниже, будто случайно. — Оно делает ожидание особенно… вкусным.- Сказав это, он подмигнул ,быстро, почти дерзко, так, что этот жест был предназначен только мне одной.- Как только я увидел это платье, сразу представил в нем тебя, и я не ошибся, Лилит.- Прошептал на ухо эти слова, я вздрогнула, он заигрывал со мной, но меня это не отталкивало, а наоборот, мое тело пылало.

Танец продолжился. Он чуть изменил ритм, заставив меня сделать пол-оборота, а затем снова приблизил. Его слова звучали негромко, с двойным смыслом, не переходя границу, но оставляя пространство для воображения. Я чувствовала это и отвечала не словами, а движением — задержкой шага, мягким поворотом головы, взглядом из-под маски.

Вокруг нас гости наблюдали, не скрывая эмоций. Зависть скользила по залу тихо, как тень: демоны в масках видели не просто танец — они видели что-то большее, внимание, признание. Кто-то отворачивался, кто-то следил слишком долго, но никто не решался приблизиться. Я это чувствовала всем нутром, от чего побежали мурашки, было слишком много внимания.

Люцифер это чувствовал. И именно поэтому позволил себе ещё одну полуулыбку, когда музыка на миг стала тише, он прошептал:
— Пусть смотрят, — почти целуя мое ухо. — В эту ночь это тоже часть ритуала.

И я знала: каждый наш шаг, каждый взгляд был замечен. Но в этом танце, среди завистливых глаз и шёпота, существовали только мы двое — и медленное, уверенное движение ночи вокруг гостей, кружили мы в танце.