Чаша снова замерла. И снова огонь сжимался, снова рождался новый пергамент.
Так чаша работала медленно, почти жестоко. Она не позволяла празднику перейти в хаос — она растягивала предвкушение, заставляя каждого прожить эти минуты до дрожи. Я затаив дыхание смотрела, как каждый новый пергамент проходит через зал, словно волна. Я ощущала жар огня даже на расстоянии, чувствовала, как чаша знает, что я тоже тут — но пока не зовёт. Это ожидание было почти невыносимым. Каждый получал свой номер.
Огонь в чаше снова дрогнул, бумажка зависла в воздухе и Наами рядом со мной напряглась всем телом. Я заметила, как её пальцы сжались, как огненные отблески пробежали по краям её маски, отражаясь в янтарном свете глаз. После пергамент начал вращаться в воздухе, описывая ленивую спираль, и двигалась не к ближайшему демону, а именно к подруге.
Я видела, как она задержала дыхание.
Лист коснулся её ладони — мягко, почти нежно — и сразу погас для всех остальных. Для меня он стал пустым, будто обычный кусок тьмы. Но я знала: она видит номер комнаты.
Наами опустила взгляд.
И замерла.
— Ну? — тихо спросила я, не скрывая улыбки. — В какой комнате ты проведёшь ночь?
Она не ответила сразу. Хоть я и знала, что можно не говорить где ты был, но интерес был сильнее правил. Я почувствовала, как по ней прошлась волна — не страха, а предвкушения. Того самого, опасного, сладкого чувства, когда ещё ничего не случилось, но уже невозможно идти назад.
— Интересно… — наконец выдохнула она и медленно подняла голову. — Очень интересно.
Я наклонилась ближе, понизив голос:
— Это «интересно» с оттенком сожаления или с ярким восторгом?
Наами усмехнулась. Настоящей, живой улыбкой — такой, какую она позволяла себе редко.
— С оттенком «Аду это понравится», — ответила она. — И мне, тоже.
Я рассмеялась тихо, почти беззвучно, и коснулась её плеча.
— Тогда чаша не ошиблась.
Она повернулась ко мне, и даже сквозь маску я видела блеск в её глазах — огонь стал ярче, глубже.
— Лилит, — сказала она мягко, — если я не вернусь утром… значит, ночь удалась.
— Если ты не вернёшься, — ответила я с улыбкой, — я буду первой, кто пойдёт тебя искать. И не из-за беспокойства. А из-за любопытства.
Мы обменялись взглядами — тем самым, в котором было всё: доверие, дружба, тайны и понимание без слов. Наами обняла меня и прошептала:
-Утром я жду все подробности твоей ночи, даже самые грязные, подружка,- Отойдя от меня, подмигнув, она развернулась и ушла, а чаша уже снова зашевелилась, выбирая следующую судьбу.
****
Я осталась одна.
Это осознание пришло не сразу — сначала я просто заметила тишину вокруг себя. Не полную, огонь в чаше шептал, демоны переговаривались, смеялись, исчезали в коридорах, унося с собой свои тайные номера. Но вокруг меня образовался пустой круг, где я стояла одна, без номера. Я чувствовала, как время вдруг замедлилось, словно Ад решил насладиться этим моментом. Моё сердце билось ровно, но внутри — под кожей, под платьем, под маской — нарастало напряжение. Не страх. А ожидание. Такое, от которого дрожат руки и становится трудно дышать.
Я подняла взгляд на чашу. Адский огонь внутри неё стал как будто другим — глубже, темнее, гуще. Он больше не метался, не искал. Он знал, что я осталась одна.
— Значит… я последняя, — прошептала я, больше себе, чем кому-либо ещё.
Пламя ответило.
Оно поднялось выше края чаши, свернулось спиралью, словно змея, и из самого его сердца начала формироваться бумага. Не сразу. Медленно. Лист будто рождался из огня: сначала край, затем угол, затем вся поверхность — плотная, тёплая, с тонкими прожилками тьмы. Сколько раз она это делала, но это было как первый, может из-за того что я знала, что это для меня. Пергамент не спешил ко мне. Он завис в воздухе, качнулся, словно раздумывая — испытывая моё терпение. Я не отвела взгляд. Я не протянула руку. Пусть чаша сама сделает шаг.
И она сделала.
Пергамент скользнул вперёд и мягко лег мне на ладонь. Я опустила взгляд. Цифры проявились медленно, будто проступали сквозь огонь. Чёткие. Безошибочные. Как будто комната уже была выбрана задолго до этого мгновения. Я не улыбнулась. Но внутри что-то щёлкнуло — как замок, который наконец нашёл свой ключ.
Я вышла из зала медленно, не спеша, впереди меня еще прогуливались демоны по коридору, кто-то смеялся, а кто-то целовался в самых темных углах. Бумага с номером комнаты была сжата в ладони, и я чувствовала её тепло, будто адский огонь всё ещё не до конца отпустил свой след. Мысли кружились в голове, одна за одной, почему именно эта комната? И самый опасный вопрос, который интересовал меня больше всего: Кто будет ждать за этой дверью?