Мы прошли через смежную комнату, затем ещё одну, и оказались в его кабинете. Пространство здесь было иным. Строгим. Холоднее, чем спальня. Высокие стеллажи с древними книгами, стол из тёмного камня, отполированный до зеркального блеска, массивное кресло, и все таже картина на стене. Свет был приглушённым — словно всё здесь подчинялось контролю и расчёту. Люцифер прошёл к столу и сел, спокойно, уверенно, заняв место хозяина не только комнаты, но и разговора. Я остановилась у входа, не понимая, что вообще происходит. Я скрестила руки, не скрывая выражения лица. Удивление быстро сменилось холодным вниманием.
— Значит, ничего не значит, — произнесла я ровно, делая шаг вперёд. — Интересно. Обычно так говорят о вещах, которые всё-таки имеют значение. Я посмотрела на него прямо, не отводя взгляда, в этот момент я ясно поняла: это не конец разговора. Это только его начало.
Он уже сидел склонившись над бумагами, будто я была лишь шумом, который случайно зашёл в кабинет. Перо в его руке двигалось спокойно, уверенно. Я заметила заголовки, мельком — котлы, учёт душ, распределение.
— Ты всегда так встречаешь тех, кого чаша приводит к тебе? — спросила я, закрывая за собой дверь, зная, что долгое время, чаша вообще никого к нему не приводила. — Или сегодня особый вечер? - Дразнила я его. Он не поднял глаз.
— Сегодня, — ответил он сухо, — у меня особенно много работы. Праздники, знаешь ли, плохо влияют на дисциплину мёртвых.
Я усмехнулась и подошла ближе, остановившись напротив стола.
— Не знала, что души боятся танцев, — парировала я. — Или это ты боишься оставить их без присмотра хоть на одну ночь? Ты вообще спишь?
Перо замерло. Совсем ненадолго.
— Я боюсь только хаоса, — произнёс он, наконец подняв взгляд. В нём мелькнула ехидная искра. — А ты, Лилит, как я вижу, прекрасно с ним ладишь.— Я приподняла бровь.
— Если ты пытаешься меня задеть, — сказала я спокойно, — то делаешь это слишком аккуратно. Для правителя Ада. — Он откинулся в кресле, скрестив пальцы.
— Я не пытаюсь, — ответил он. — Я просто наблюдаю. Ты вошла сюда с видом той, кто ждёт объяснений. А я… — он кивнул на бумаги, — решаю, кто сегодня попадёт в огонь, а кто — в тишину. Видишь разницу в приоритетах? - Меня кольнуло раздражение, но я не позволила ему взять верх.
— Тогда скажи прямо, — произнесла я, глядя ему в глаза. — Зачем чаша отправила меня сюда, если ты так занят? Или ты тоже считаешь, что это «ничего не значит»? - Он усмехнулся — коротко, почти лениво.
— Значения — вещь относительная, — сказал он. — Иногда чаша просто избавляет зал от лишнего присутствия. Ты слишком заметна, Лилит. Демоны начнут отвлекаться. Я же сказал тебе, не обольщайся.
— Это не мои проблемы, Люци, — ответила холодно. — Это их слабость, я просто жду ответы на свои вопросы.- На мгновение между нами повисла тишина. Он смотрел на меня внимательно, дольше, чем позволял себе раньше, словно взвешивал что-то, о чём я ещё не знала.
— Сразу проясним, Лилит, — произнёс Люцифер ровно, почти скучающе. — Никакого интима сегодня не будет. И не потому, что эта ночь не располагает. А потому, что я не хочу. У меня есть занятие поважнее, например, работа. И как ты уже поняла, мне глубоко все равно, на все твои вопросы. И если ты уважаешь праздник, — продолжил он, — ты будешь соблюдать его правила. Всю ночь — с тем, куда отправила чаша. Без самодеятельности. Без сцен. И без попыток отвлечь меня. - Он выдвинул ящик стола и положил передо мной стопку свитков. Толстых. Тяжёлых. С печатями.
Я усмехнулась, склонив голову, не подавая ввиду, что эти слова меня задели, сначала он выбирает мне платье, заигрывает, а теперь отталкивает и ведет себя как последняя скотина.
— Очаровательно, — ответила я. — Меня привела сюда чаша, для того, чтоб я была твоим секретарем?- Люцифер не заметил моего раздражения, либо же делал вид, что ему все равно.
— Учёт перераспределения душ после праздника, — начал он. — Ошибки, жалобы, несоответствия котлов. Проверь метки, сверь подписи, отметь отклонения красным цветом. Аккуратно.-Я посмотрела на бумаги. Потом — на него.
— Ты серьёзно? — Вспылила я. — Это твой способ сказать останься, но не мешай?
— Это мой способ сказать: знай своё место, Лилит. — ответил он спокойно.
Меня кольнуло.
— Моё место — не за твоим столом, — сказала я тихо, враждебно посмотрев на него. Люцифер встал. Медленно. Обошёл стол и остановился так близко, что я почувствовала его присутствие всем телом.
— Ошибаешься, — сказал Люцифер низко. — Ты наверное забыла, как прибежала ко мне, вся исцарапанная сорняком возле замка. Как бежала от папочки. Я говорил, что ты пожалеешь о своем выборе, Лилит. -Люцифер убрал мою прядку волос, за ухо и продолжил, - И я буду решать где твое место.