Выбрать главу

Он был тонким, почти невесомым на вид, выполненным из переплетённых металлических нитей, похожих на серебро, но с едва заметным внутренним свечением, будто металл был живым и дышал. Между переплетениями были вставлены крошечные кристаллы — неравномерные, как будто их не ограняли, а выросли естественным образом. В каждом из них плавилось мягкое, молочно-синее свечение, которое пульсировало в такт чему-то невидимому. Узоры на браслете не повторялись: они складывались в сложную систему символов, похожих одновременно на письмена и на магические печати, которые не давали глазу зацепиться за одну форму, постоянно ускользая и перетекая друг в друга.

— Он будет… сглаживать вспышки твоей ново-старой магии,— тихо сказал Хью, не глядя на меня. — Просто не будет давать ей разорвать тебя изнутри, ну и не вылезти на ружу, когда ее не вызывали — Он замолчал на секунду и добавил чуть тише: — Надевать нужно редко. Только когда чувствуешь, что теряешь контроль. И ненадолго. Иначе тебе будет очень плохо, сила не любит, когда ее насильно подавляют.

Я медленно поставила поднос на стол, чувствуя, как вся неловкость и недавний смех куда-то исчезают, уступая место странному, тяжёлому ощущению. Я смотрела на браслет и не сразу нашлось, что сказать. Он выглядел слишком аккуратным, слишком продуманным — в нём не было ни грубости, ни спешки, только терпеливая, почти заботливая точность, будто он действительно провёл ночь, думая не о себе, а обо мне.

Я осторожно взяла браслет в руки. Он оказался теплее, чем должен был быть металл. Почти живым. Он наконец посмотрел на меня.

— Я не хотел, чтобы ты решила, что это ограничение. Это не тюрьма, Лилит. Это… страховка.

И в этом момент библиотека снова стала тихой, но уже другой тишиной — не от книг и пыли, а от того, что между нами стало слишком много недосказанного, чтобы продолжать смеяться. Хью думал обо мне, сделал что-то для меня, а я смеялась над тем, что он тут делал. Чувство вины поглотило меня полность.

— Ну прости меня, я больше не буду над тобой смеяться, честно-честно, я вот — Показывая на еду — Принесла тебе перекусить.

— Ой, да ладно тебе, перекусить она пренесла, какие вопросы сегодня будет задавать мне придурашка?

— Как грубо - Фыркнув, я прошла к пыльному дивану в углу замка.

Я сижу в глубине библиотеки, там, где свет всегда чуть тусклее, чем должен быть, словно сами книги не хотят, чтобы их тревожили. Пыль не оседает здесь — она будто зависает в воздухе, как воспоминания, которые не решаются вернуться полностью. Поднос с едой для Хью стоит рядом, на низком столике, а сам он, лениво растянувшись, уже успел занять половину дивана, будто это не я принесла ему завтрак, а он — мне.

Я резко выдыхаю и закрываю глаза. Почему? Почему он учил меня… если я равна ему? Почему он знал больше? Почему, когда он пал, он уже был… целым, а я — нет?

— Ты какая-то странная сегодня — Заметил котяра, — Что-то случилось?

Открыв глаза, я посмотрела на сосредаточеную мордашку, после моего взгляда, он отвернулся и стал вылизывать лапы, как будто и не задавал мне никакого вопроса.

— У меня столько вопросов в голове, на которых я не могу найти ответов, — Выдохнув, я закинула ноги на диван, немного двигая Хью в сторону, от чего он естественно не в восторге, но молчит.

— Что больше всего тебя тревожит? — Кот спрыгнул с дивана и снова запрыгнул на стол, ближе к подносу, но пока не стал трогать еду, а сел возле нее и стал гипнотизировать, как будто ее станет еще больше, чем я принесла.

— Почему Люцифер учил меня магии? Если мы равны, появились в одно время, почему он уже был способным, а я нет? — Выдохнув, я уже легла на диван и смотрела на потолок в библиотеке, он был так далеко, но и так близко одновременно.

—Потому что вы не одинаковые, — наконец говорит он. — Равные — не значит одинаковые.

Я хмурюсь, потом приподнимаю брови вверх.

— Это не ответ на мой вопрос.

— Как раз таки ответ, причем полноценный, — Взяв ногтем колбаску с тарелки, он закинул ее к себе в пасть и начал быстро жувать и велять хвостиком. — Как ты представляешь себе падение в ад?

— Ну его скинули с небес в ад, вот и упал, — На полном серьезе ответила ему, после чего я услышала хохот, такой, истерических хохот, приподнявшись с дивана, я вижу как Хью валяется животом вверх на столе и дико хохочет, как будто у него начались какие-то припадки.

— Ух... — Начал бы кот, но смех до конца не закончился, — Рассмешила.... — снова дикий хохот, — Нет, Лилит, все не так. — Начал бы успокаиваться кот, как сел обратно и снова начал обнюхивать свою еду, — Падение, это не в прямом смысле слова - падение. Падение - это переход, выбор, обязательство. В первую очередь, это выбор. — Начал бы кот, но я его перебила.