Пол провел кончиками пальцев по ее шее, и Доун вдруг узнала о нем все: сначала он был мальчиком на побегушках в киностудии, выполнял мелкие поручения таких знаменитостей, как Мики Руни и Джуди Гарланд. Потом симпатичного юношу заметила жена продюсера и пристроила статистом в фильмы мужа. Вскоре он получил роль второго плана, после которой его карьера пошла вверх. Он стал звездой и занял достойное место рядом с Роком Хадсоном и Фрэнком Синатрой.
А потом настало время, когда ему перестали предлагать роли, хотя выглядел он по-прежнему великолепно. Объясняли это тем, что с ним хлопот не оберешься.
Вскоре Пол встретил Его. Доктора. Доктор спас угасающую звезду, дал актеру новую жизнь, наделил его вечной славой.
Аспен задержался в Подземелье дольше остальных, потому что Доктор постоянно совершенствовал технологию создания вампиров. Соответственно, в Верхнем мире — под именем Пола Аспена — он тоже смог остаться надолго, потихоньку «состаривая» себя при помощи грима. Его очередная жизнь среди людей подходит к концу, скоро он вернется в Подземелье… очень скоро…
Завершив свой безмолвный рассказ, Пол Аспен склонился над Доун. Вампир источал необычный запах. Девушка вдохнула экзотический аромат и мгновенно уснула.
— Через меня ты прикоснешься к бессмертию. Отдать мне свою кровь — большая честь. Я хочу быть первым. Хотя ты забудешь об этом эпизоде, ты в конечном счете попадешь в Подземелье. Там настоящий рай! И красота. Вечная красота. Там нет земных проблем… — Сверкнула улыбка. — Ты привыкнешь к нам.
Он дотронулся до ключицы, и Доун растаяла — ее тело знало одно утешение и безумно нуждаюсь сейчас в любимом лекарстве.
Внезапно через сон-кошмар легким облачком промелькнуло два имени.
Мэтт.
Иона.
Она попыталась их прогнать, но это оказалось даже труднее, чем избавиться от ментальной защиты, которая продолжала действовать автоматически и не давала Полу полностью завладеть сознанием Доун.
Ладонь актера поглаживала шею Доун, напряженно, сексуально, ускоряя темп. Девушку охватила сладкая истома.
— Ну же, не грусти, — сказал Пол. — Говорят, у тебя пропал отец, а мать причинила много горя. Твоя жизнь, такая короткая, — сплошная борьба. Позволь мне снять этот груз, лишь на одну ночь.
Утопая в глазах вампира, отзываясь на настойчиво-нежные ласки, Доун искренне верила, что он решит ее проблемы, а заодно и проблемы всего человечества. Он обещал — значит, сделает.
Сквозь полудрему она осознала, что Пол перестал ее гладить. Он с неподдельной заботой посмотрел на девушку и привлек к себе. Она медленно откинула голову назад и подставила ему шею. Вены маняще пульсировали под кожей.
Он успокоит все ее страхи, и все, конечно же, обойдется.
— Можно? — В глазах Пола Аспена вспыхнуло пламя.
Ментальный барьер дрогнул и уступил натиску противника. Доун осталась без защиты, готовая подчиниться любому желанию вампира.
— Можно, — прошептала она.
И он начал перевоплощение.
Доун хотела закричать, но звук застрял у нее в горле. Слишком поздно.
Жутко урча, тварь принимала свой истинный облик со скоростью урагана — совсем как Робби. Пол Аспен превратился в фантастическое светящееся чудовище. Девушка оцепенела, а монстр продолжал ее искушать и уговаривать.
К ней тянулся бесформенный серебристый туман, бывший некогда телом. Он знал все ее мечты и слабости. «Ты любима, — шептала призрачная дымка, — ты счастлива…» Пол Аспен соблазнял ее не понятными, осязаемыми образами, как Робби Пеннибейкер, нет! Он сулил нечто прекрасное, заманчивое, сокрытое тенью, недоступное взору, но стоит ей…
С трудом сдерживая крик — то ли победы, то ли поражения, — Доун напряженно замерла, ощутив прикосновение вампирских клыков к шее. Монстр прокусил тонкую кожу и впился в яремную вену. Девушка выгнула спину и судорожно вцепилась в траву.
— О Госсс… — Леденяще-горячий, густой, кошмарный воздух скользнул между пальцев, как вода.
Голова раскалывалась, словно под ударами тысячи кулаков. Чьи-то невидимые руки шарили в мозгу, перебирали хранящуюся там информацию. Вампир высасывал кровь, все плыло перед глазами. Доун чувствовала, что теряет часть себя, хотела хоть за что-то ухватиться, попыталась выстроить ментальную защиту, но… безрезультатно.
Какую ошибку она совершила! Самую большую ошибку в ее жизни…
О-о-о…
Вампир жадно и исступленно припал к ране на шее. Охотница непроизвольно толкнула тварь, но руки прошли сквозь пустоту. Снаружи слышалось яростное животное урчание, а внутри пульсировали волшебные слова: «Красавица. Богиня. Покой. Любимая».