- И ты здрав будь, царевна. Не серчай, что поклониться не могу, совсем уж ноги не слушаются, - отозвался мужчина, в бороду улыбку пряча.
Ай да похожа была на батьку, точно Демид в юбке. И что бы не говорили, о красе, что от матери взяла, видел во взгляде ее цепком, да губах жестко сжатых Дородов государя-батюшку. Та же горделивая осанка, жесты те же, да и голос одинаково властно звучит. Яровичи.
- Нет нужды мне в поклонах твоих, боярин, - вздохнула царевна, на лаву напротив хозяина дома присаживаясь. - За советом я к тебе пришла. Ты в делах государевых сведущ, подскажи мне, какое решение принял бы государь? То, что согласен был на мир - я знаю, да только условия его мне не по сердцу. - девушка протянула боярину свиток, что давече посол передал. - Да могу ли я диктовать свои условия? Не слишком рискую ли?
Приняв свиток, мужчина неспешно прочитал все, да чуть прищурил глаза.
- Ну вот с этим, что по границам, спорь сразу. Иродовы души отхватили у нас выход к Белой, а там испокон веков наши рыбаки обитали, да и выход к реке упускать не стоит. Везде можешь по линии границы поступиться, но здесь Демид ни за что не отошел бы от своего, - неспешно проговорил он, неспешно далее читая. - Торговля хорошо... Да только пущай король их для торговли дороги зачистит от разбойников, а то знаем мы этих хитрецов. А с остальным можно согласиться. Гни, конечно, на выгоды для нас, но на крайний случай можно согласится. Хотя...
Вновь вернувшись к свитку, мужчина снова медленно перечитал его да к концу только хмыкнул задумчиво.
- Хотя вот и последнее... Помощь в войне с соседями оказывать мы не будем. Этот пункт выбросят из голов даже пусть. Защищаться - подмогнем по возможности, но наступать на кого-то пусть сами стараются. А мы пока попытаемся, как с ними в мире жить, перед тем, как решать стоит воевать с ними плечом к плечу идти али нет. И на том, что защищаться подмогнем тоже акцент поставь, чтобы иродовы души в случае войны с северянами нам чем подмогли.
- Не слишком ли дерзко, боярин? С двух сторон нас сейчас прижимают. Авильон проклятый, да северяне. Слыхал ли, в битве с последними разбито наше войско, да только подмога с юга вовремя подоспела. Отбросили южане назад их, да надолго ли? - Радмила задумчиво постучала камнем перстня драгоценного о столешницу. - А ежели струшу, так и вовсе можно государства лишиться, - в слух размышляла царевна, а после замолчала надолго, брови соболиные нахмурив.
Вздохнув, взглянул мужчина на нее, да едва заметно головою качнул.
- Северяне и Авильонцев пощипали знатно, а после того, как южане перцу им дали дальше к ним и пойдут. Нужны мы им. А струсить не струсишь, не посмеешь и не сможешь. Ярович ты, вы вовсе страху не знаете, - все же улыбнулся Дородов открыто уже да вернул царевне свиток.
- Ну, будь так, - молвила царевна, свёрток у него забирая.
Поднявшись на ноги, ещё раз взглянула она на хозяина дома и низко ему поклонилась.
- Благодарствую за советы, да коли потребуется чего - говори, не стесняйся, а то и вовсе приказывай, в долгу я перед тобой, боярин.
Вновь улыбнулся мужчина, да кивнул ей.
- Покажи послам, что значит царевна Антарская, да боярам, что не стоит роптать в палатах царских на том и будет твоя благодарность, царевна. Ступай с Богом, - отозвался он да, вздохнув, откинулся на спинку кресла устало.
Кивнув напоследок, вышла царевна из горницы, да дверь за собой прикрыла.
Осмотрелась по сторонам, да усмехнулась криво, завидев Мирослава, спешащего к Дородову.
Заприметив царевну, остановился юноша, да в пояс ей поклонился.
- Царевна, - тихо произнес он, чувствуя, как нехорошее предчувствие рождается в груди.
- Здрав будь, Мирослав, сын Степанов. - царевна близехонько так подошла и глядит внимательно. Так, что Мирославу аж не хорошо стало. Понял он, что раскусила его царевна, поняла, кто он. От того и страшно стало, чего сейчас затребует, о чем речь вести станет.
- Да ты не дрожи, словно лист осиновый. - Улыбается, а в глазах - недоброе. - Знаю я, из рода какого ты, знаю, что опальный. Да только не выдам, не бойся.
И тут уж вовсе отроку стало не хорошо, что сейчас будет, что прикажет взамен на то, что молчать будет. А ответить царевне не смеет, дочка царская все же.
- Будешь моими ушами, моими глазами, обо всем мне докладывать будешь. И не приведи бог тебе сплутовать или что недоброе затеять, - Радмила на шаг от юноши отступила и рассматривает его, склонив голову на бок. - Понял ли меня, Мирослав, сын Степана?
- Понял, царевна, как не понять, - едва живой от страха, отозвался Мирослав, да ниже склонился.
Поджав губы, царевна лишь коротко кивнула да прочь направилась к выходу, где её Руслан с Горинкой ожидали.