Скоро уж вынужден был боярин согнуться в поклоне пред ясными очами царевны.
- Ну здрав будь, Горислав Федорович, - царевна его не в тронном зале - в саду встречала. - Что же ты пропал, дорогу забыл, не в чем тебе мне отчитаться? Али отчитываться вовсе не намерен?
- Захворал вот немного, царевна, не хотел тебе заразу нести, - отозвался он с поклоном.
Отчитываться пред девкой радости было мало, да только Яровичем была та девка и злить ее пуще того, как уже разозлил не стоило.
- Воевода Боян велел бумаги передавать, - так же коротко добавил он, да тубы со свитками подал царевне.
Да только царевна, казалось и не злилась вовсе.
- Коли так, благодарю за службу, Горислав Федорович, - усмехнулась царевна, да Горинке, что рядом была, на свитки кивнула, чтобы забрала из рук у боярина их. - Коли заболел ты, может лекаря к тебе своего прислать? Знатный мастер своего дела, мигом на ноги поднимет.
- Не стоит беспокоиться тебе, царевна, - склонив голову, ответил он, не говоря ни слова больше.
Горинка же, забрав свитки, застыла в стороне, не двигаясь, напряженно чуть глядя на Горислава.
- А кто же, если не я, Горислав Федорович, беспокоиться о вас будет? - удивилась царевна, бровь тонкую иронично изогнув. - Ладно, ступай уже, боярин, да не теряйся более, а то другие уже, не Горинка за тобой пожалуют.
Вновь поклонившись, мужчина отступил, повинуясь.
Проводив его взглядом, Горинка недовольно губы поджала, выждав покуда удалиться он.
- Недобрый то человек, - мрачно заметила она.
Видела девка, как недоволен был Федоров и от того кипело все в душе от ярости. Как смел паршивец так смотреть на царевну, милостью Божией над ним стоящей!
- Знаю, - коротко ответила царевна, устало лоб потерев. - Да только делать нечего, придется с ним дело иметь. А как тебе князь Витяжский? Яромир Святославич?
Вздохнув, на миг поджала Горинка губы.
- Сперва пугал, опасным казался, да кажется ошиблась. Представителен да глупым не выглядит, да только то и тебе, царевна ведомо. А большего не скажу, не тот то человек, которого за раз рассмотреть да разгадать можно, - качнув головой, серьезно отозвалась она.
- А и собой хорош, верно? - усмехнувшись спросила царевна, искоса на Горинку взглянув. - Такого бы мужа - опасного, гожего да умного, а не заморского царя, что, почитай, и сабли -то в руках, наверное, держать не может.
- Хорош... - не стала спорить Горинка.
В иной бы раз смутилась, да в этот только печально вздохнула. От другого облика светлого теперь болело сердце, оттого, что никогда того другого ей боле не увидеть. Качнув головой, она все же взглянула на царевну.
- И вовсе бы без мужа, коли не была бы бабья доля такой, - не сдержавшись, все же сказала он об том, что на сердце тяжело лежало.
Ничего не ответила царевна, только головой покачала.
- Ладно, ступай к себе, - Наконец молвила Радмила. - Не век же тебе подле меня быть, чай и свои дела есть.
Поклонившись благодарно, Горинка передала ей бумаги да все же отступила, к себе направившись.
Не для всех послов время, проведенное в Артании было тягостным. Эта суровая страна по-настоящему очаровывала Эванджелину Виардо. И только необходимость сидеть в комнате постоянно печалила женщину. Ей хотелось узнать получше этих людей и эту культуру, но единственное, что она могла - выходить вечерами до захода, во двор. В город без охраны выйти она не могла, а какая уж охрана для певицы в час такого горя с царем. Дела важнее были.
Вот и этим вечером, кутаясь в темный мех, женщина неспешно прогуливалась по двору. Взгляд черных глаз блуждал, не цепляясь ни за что. В темном платье, с накидкой из темного меха, поверх которой струились роскошные локоны черных волос она разительно отличалась от антарки.
Именно это различие и привлекло запоздалого визитера, что только вышел из дворца.
- Госпожа посол, добрый вечер. - Яромир Святославич нагнал женщину, да коротко поклонился ей.
Обернувшись, женщина открыто и любезно улыбнулась, склонив голову.
- Добрый. Простите, я не знаю вашего имени, - поведя плечом, Эванджелина уже виновато улыбнулась.
- А может это и к лучшему, - улыбнулся мужчина, поравнявшись с певицей. - Как вы находите, наша страна не слишком сурова для такого нежного цветка?
Улыбнувшись, женщина только подала плечами.
- Ваша страна прекрасна и этого достаточно, чтобы я смогла забыть о вашем холоде, - заметила она, но в следующее мгновение немного погрустнела. - И мне жаль, что увидеть вашу страну я могу только из окна кареты.
Искренняя и чистая, она одним взглядом могла опровергнуть всю ту грязь, что обычно сопровождала известных царей театральных подмостков.