- Коли буду нужна, только кликните, явлюсь без промедления! - тихо отозвалась она.
- Даст Бог - свидимся, - усмехнулась царевна, да головой покачала. Знала, что не свидятся более. - А сейчас, прощай боярыня, да лихом не поминай, коли что не так было.
Сказала, да из комнаты вышла, решительно прочь направилась.
Весть о том, что пришел в себя государь многие с радостью приняли. Только и было что разговоров о пробуждении его и от этих то разговоров Арман решил скрыться во дворе. Это было и хорошо и не очень. Что если решит царь отменить решение дочки?
Да только не один посол в саду уединился.
Выскользнула из дворца, да тенью юркнула в сад царевна. Охрану верную, да ближников своих во дворце оставила, да и не было в них сейчас нужды. Что толку от царевны? Девку, что скоро замуж выдадут, да и забудут про неё всё.
Устало опустившись на землю под большим деревом, закрыла Радмила глаза да спиной о ствол дерева облокотилась.
Много произошло за последнее время, слишком много она на себя взяла. Да только не изменилось ничего, разве что, презрение да ненависть батюшкину она заслужила. А он - её.
Неслышно приблизился к девушке посол, да остановился в стороне.
- Погода сегодня дивно хороша, - неспешно произнес он, прищурившись чуть.
Даже глаз не открыла царевна, голос этот узнала бы она уже везде. А только внутри всё сжалось. Сейчас ещё насмешек от иностранца ей не хватало для полного счастья. Ей бы сейчас плакать, да только слез не было, комом они в горле стали, да иглами в душу впивались, а наружу не выходили.
«Дивно хороша, чтобы в реку броситься.» - подумала, а в слух ничего не сказала, только глаза приоткрыла, да на посла все же взглянула.
- Дивно хороша, иной здесь не бывает. - сухо ответила царевна, растянув губы в искусственной улыбке, особо даже не стараясь выглядеть дружелюбной. Да и какая разница теперь?
- О нет, сударыня, погода у вас бывает прескверной, - с непробиваемой улыбкой ответил Арман. - Ваш батюшка в себя пришел, я слышал.
- Да, хвала Господу, - улыбнулась царевна, сложив руки на подоле платья. - Вскоре сможете продолжить переговоры.
- Переговоры свою прелесть отныне, увы, утратили, - отозвался он и невозмутимо шагнул к девушке, подав ей руку. - Вставайте, сударыня, погода хороша, но не настолько, чтобы на земле почивать.
Иронично изогнув бровь, да окинув насмешливым взглядом мужчину от кончиков пальцев, до макушки, все же приняла руку царевна, да с земли поднялась. Ничего на колкость не ответила, только губы поджала. Разумеется, вести переговоры с глупой бабой было удобнее, нежели с мудрым государем.
- Печетесь о том, чтобы товар вид свой не утратил? - криво усмехнулась она, да прищурившись, на герцога взглянула.
- Красоты в этом мире не так уж много, ее стоит беречь, сударыня, - улыбнувшись, он взял ее под руку. - И не будьте так жестоки, я ведь совершенно искренняя пекусь о вас, как о прекрасной и мудрой даме.
Говорил мужчина с улыбкой, но в ней не было и тени насмешки. В этой стране было не так уж много примечательного и встретить такую драгоценность было почти чудом.
- В таком случае, пекитесь о своей сестре, она у вас прелестная, - крайне любезно улыбнувшись, отозвалась Радмила. - А мне, пожалуйста, оставьте мою жестокость, кажется, это все, что мне остаётся.
Царевна коротко кивнула герцогу и развернулась спиной. Выслушивать издевательства посла не хотелось совершенно.
- Я оставлю вам ваш блестящий ум и достойную восхищения гордость, - отозвался он, провожая девушку взглядом.
Расстояние от сада до дворца преодолеть оказалось удивительно просто и быстро. Гонимая глупой обидой, да черною злостью, быстро взбежала царевна на крыльцо, стражников минуя, да палаты белокаменные вошла.
Да не только стражники стояли у сада, да видеть могли, как с послом авильонским любезничала царевна. В тени, которую он всюду, казалось, находить умел, затаился Горислав. Судорожно сжатые от ярости глухой побелели пальцы его, побледнело лицо и только глаза горели яростным пламенем.
- Ах ты паршивая девка... Ты командовать мной, а теперь с послом тягаться... - задыхаясь от ярости, прошипел Федоров.
Ярость черная застлала разум, помутила сознание жажда греховная. Та жажда мучила его давно, выжигала человека, оставляя только беса нечистого, врага человеческого и вот в сей день окончательно умер человек, ушел, ничего не оставив. Не бросился Горислав за царевной, не кинулся очертя голову коридором, змеею черною скользнул, бесшумно нагнал да так, что и зверь бы не почуял приблизился. Не было и шанса у девушки обернуться, заприметить, как замахнулся резко да коротко нечестивец, ударом резким сознания лишая.