- Да и раскрывать нечего, государь, - южанин присел рядом с царем, да шапку на лаву положил. - Все так, как малец тот сказывал. Окружили наместник себя иноземцами, да торг с ними вёл, дал им полную волю. Чёртовы северяне, ни бога, ни черта не боятся. Половину девок попортили, всех в страхе держат, давече поместье купца какого-то сожгли, да семью его всю порешили.
Выслушав внимательно, медленно кивнул Демид.
- А что ж воевода, заодно с псом паршивым был? Знавал я Бояна по молодости, хорошее слыхивал о нем, неужто и его так к нечистому повело? Есть ли в граде те, кто супротив наместника стояли, а кто псами его были, все сказывай. Не желаю я суд в недели и месяцы растягивать, к обедне уже станет в Светлой чище на десяток-другой продажных душонок, - в сердцах хлопнув ладонью по колену, воскликнул государь.
- Воевода, государь, не без греха, а мужик славный, да тебе верный, - немного погодя ответствовал Янош. - Воевода тебе, царь, последнюю службу сослужил, прежде чем его в холодную наместник отправил. Указал на псов Левина, что более всех люду жизнь портили, да убрал их потихоньку, теперь все в темнице томятся, да тебя, государь, дожидаются.
Хмыкнув, Демид задумчиво постучал пальцами по колену.
- Ну хорошо, ежели хороший, разберемся. А пока пущай в холодной посидит еще, грех отмолит, а нам чем заняться есть, - распорядился государь и с отроческой ловкость на ноги поднялся.
Скор был государь на расправу и покуда наместник соловушкой заливался в руках палаческих, содрогнулась Светлая. Перевернулась с ног на голову невиданным зрелищем. Видали простые оборванцы, как вытаскивали бояр да попов в ночных рубахах да по снегу тащили к холодной, как тех, кто вчера еще над их головами батогами свистал в жижу дорожную бросали. Соколом государь обрушился на Светловских бояр, за провинности всех по снегу покатали, да поморозили в холодной, а уж кому повезло тем и отделаться да прощение получить, кого на место лобное отправляли государь решить изволил позже.
Глава 2
От шума и гомона не было спасения и впервые в горнице воеводы воцарило смертное уныние и тревога. Всегда веселая и вздорная Горинка не находила себе места от тревоги за батюшку, от обрывочных слухов, что доносили чернавки. Не сомкнув за ночь очей и на мгновение, девушка тревожно мерила шагами комнату, отмахиваясь от прислуги. Не было ей дела до того, что боса и только в рубаху то и одета, что косы расплетены с ночи и вызови ее куда не было бы времени собраться. Душно и скверно было ей, болела душа дочери за батьку. Поминутно замирала Горинка перед иконами. Бледная и растерянная, совсем не воинственная и даже пламя волос, казалось потускнело не горело вызывающе ярким огоньком.
Такой и застал ее, вошедший в светлицу Янош.
- Ну что, боярыня, отпустят скоро батьку, - окинув девушку внимательным взглядом, усмехнулся он. - Ты смотри, не причесана, да в рубахе. Так отца встречать будешь, бесстыжая?
Обернувшись на голоса звук, замерла на мгновение Горинка, точно силилась понять, что он говорит, а как все же поняла, вспыхнули радостью глаза, замерла она посреди горницы, растерявшись.
- Не врешь? - дрогнувшим голосом уточнила она, точно и не была пред гостем в том виде, за которые пороть бы любую девку.
- Не вру, - усмехнулся южанин, погладив бороду. - Батька твой, хоть и спутался с иноземцами, а мужик хороший, да царю службу сослужил. Государь такое не забывает. Да только оденься, стыдоба. Не гоже девке, да перед мужиком в рубахе стоять.
- Дак не без рубахи ведь! - рассмеялась счастливая девушка, нырнув в свою комнату, чтобы одеться подобающе.
Не в штаны да рубахи мужицкие, а в платье женское, чтобы батьку порадовать, да самой не шибко выделяться. Счастливая безмерно, она и думать забыла о любом будущем, ведь сейчас так хорошо, батька на волю выйдет, вернется и все снова будет хорошо.
- Чертовка, - усмехнулся Янош, проводив девку взглядом. - Выпустят воеводу - сватов зашлю.
- А я подумаю еще идти мне за тебя или не идти, - лукаво отозвалась девушка, не потрудившись смолчать и в этот раз. - Так что не робких сватов шли, а то ведь и засмущаю.
Надев поверх свежей белой рубахи платье верхнее, Горинка с ловкостью собирала волосы в косу, только бы побыстрее увидеть батьку, броситься ему на шею.
- А коли сам приду, без сватов? - лукаво прищурился Янош.
- Так и вовсе не выйду, не сватовство то, - снова рассмеялась девушка и снова показалась из комнаты, захватив шубу.