— Что дальше? — спросил Лас у Авраама.
— А дальше мы движемся навстречу шторму. — Авраам указал пальцем на серебристую воронку с тёмным провалом посередине.
В ближайшей к нам области Гас-II стихия рвала и метала. На определённой глубине пустотные щиты уже не помогут. "Амбицию" с её усиленной на верфях Мордвиги-Прайм бронёй скрутит и переломает, словно банку консервов, попавшую под танк.
Лас повернулся к Георгу и произнёс:
— Ещё не поздно, капитан. Микро-варп прыжок к Точке Мандевилля, а потом уже и полноценное перемещение.
Георг поморщился и отмахнулся:
— Не дрейфь! Я вот смотрю на Авраама и вижу скалобетонную уверенность. Проникся. Неужели ты не чувствуешь того же?!
Лас вздохнул и отозвался:
— Нет, капитан. Тяжело на душе.
— Ну, ты вроде раньше подбухивал на посту. Может быть, зря завязал? — Георг ухмыльнулся.
Лас помрачнел и отдал приказ на погружение в атмосферу газового гиганта.
Сначала была влажная пелена, как будто бы даже оседающая на пустотных щитах вокруг корабля. Впору радоваться, что Лас Руиз даже сражаться предпочитал с иллюминатором, незакрытым бронированными ставнями, иначе бы я всего этого не увидел.
Чуть погодя далёкие молнии осветили окрестности, и оказалось, что "Амбиция" где-то меж тяжёлых облаков или грозовых туч.
— Температура почти тысяча градусов, — доложил старпом.
Пелена вокруг Гас-II мерцала зловещим малиновым светом, словно мы угодили внутрь огромного живого существа. Наверное, я не сильно ошибусь, если напишу, что газовый гигант пытался переварить "Амбицию" и другие корабли, которые сами залетели в его пасть.
— Около пятисот атмосфер! Щиты под давлением! Техножрецы отмечают повышенную нагрузку на генераторы и трансформаторы!
Люди на мостике затаили дыхание. Раздавался лишь равномерный шорох охлаждающих систем когитаторов и едва заметный писк иной аппаратуры. Людей можно понять — не каждый день оказываешься в ситуации, когда по собственной воле приближаешь смерть.
— Что с пиратами? Преследуют нас? — спросил Лас.
— Да, капитан, — отозвался старпом. — "Русалка" даже пустила торпеды, но сами понимаете…
Даже я понял. Редкие молнии при входе в атмосферу Гас-II сменились ветвистыми или даже шарообразными сгустками чистой энергии, ежесекундно проверяющей щиты на прочность. У торпед пустотных щитов не было. Их жизненный путь закончился, едва начавшись.
И если бы только их.
— "Amen" пропал! — воскликнул офицер связи. — Никто не отвечает!
Лас проскрежетал зубами и выпалил:
— Ну что?! Доволен, Георг?! Ещё один корабль потеряли! На двухстах лигах атмосферу уже и газом считать нельзя! Там и нам конец!
Георг протёр пот со лба надушенным платком и произнёс:
— Авраам?
— Сейчас-сейчас…
— Сука, так и знал, что годы скажутся, и ты когда-нибудь сойдёшь с ума! — проговорил Георг.
Он уже повернулся к Ласу, когда Авраам отозвался тихо:
— Подожди. Ещё секунду. Если я не прав, то перед смертью увидишь, как я съем твою шляпу. Неплохое же зрелище, не так ли?
Георг поморщился, с шумом выдохнул воздух и взмахнул рукой так, словно дал пощечину карлику.
Авраам же сжал ладони в кулаки и, не отрываясь, глядел в иллюминатор на сминающую стихию, которая только что поглотила почти десять тысяч человек из экипажа "Amen".
Вот это хищник! Такой голод не утолить!
— Магос Аурум докладывает о сбое ауспиков и авгуров, — проговорил офицер связи. — Якобы поблизости объект, сравни…
Авраам резко вскинул голову и воскликнул:
— Вот оно! Лас, уводи нас отсюда!