Некогда Лэнд Хелстром был видным мужчиной: жгучий брюнет, умный взгляд, впалые щёки, раздвоенный подбородок. Потом Лэнда окатили струёй из огнемёта. Только чудом он сохранил зрение, а вот лицо пришлось восстанавливать из оплавленной, вызывающей отвращение массы. Вернуть былую красоту не вышло, но теперь хотя бы он меньше пугал людей.
В свою очередь, если Йон по прозвищу "Полуночной" и был когда-то красив, то Глория это время не застала. Когда она начинала, Йон уже давным-давно ушёл со службы в рядах Отпрысков Бури и считался опытным охотником за головами, а такая жизнь не очень хорошо сказывается на здоровье и привлекательном внешнем виде. Левый глаз и львиная доля левого полушария головного мозга — искусственные. Ещё множество старых шрамов скрывались под густой бородой.
— Что? Призраков увидала? — спросил Йон перед тем, как сесть за стол.
— На вас, красавцев, засмотрелась.
— Мило. — Йон щёлкнул пальцами, привлекая внимание официанта.
Лэнд тянуть не стал. Он заказал себе мяса и вина, а потом спросил:
— Ну что? Как успехи?
— Голяк, — ответила Глория. — Было весело, но, похоже, веселье подходит к концу. А у вас?
Йон проскрипел зубами, и, в принципе, можно было уже не отвечать, но Лэнд всё-таки сделал это:
— В основном мошенники, но пару раз попались неплохие психологи, физиономисты. Одна пожилая дама даже объяснила свой метод, — возьму на вооружение.
Охотники замолчали. Музыка, сопровождающая выступление танцоров, тоже стихла.
После перерыва первым взял слово Амберт:
— Не всё потеряно. Да и в целом…
Йон громко опустил кружку с пивом на стол, из-за чего несколько капель из бокала Лэнда пробежали по стеклу, ножке и впитались в скатерть. Йон произнёс, едва сдерживаясь, чтобы не выругаться:
— Хорошо тебе…
— Успокойся, — сказал Лэнд. — Всё с тобой будет в порядке. Никто тебя на убой не пошлёт.
— Ага, как же, — проскрежетал Йон. — Ты что?! Забыл о Хокберге?
— Я в том смысле, что вряд ли он снова сделает тебя солдатом, — ответил Лэнд. — Максимум — наёмные убийства, но ты вроде и раньше ими не брезговал, нет?
Йон прищурился. Свечение искусственного глаза тоже немного поблекло. Он сказал:
— Если бы я тебя не знал, то дал бы сейчас по морде. — Йон вздохнул и сделал глоток пива, — пена осталась на усах. — Мне нравится то, чем я сейчас занимаюсь. С армией и убийствами за деньги покончено.
— И мы продолжим заниматься охотой, — сказала Глория. — До конца месяца здесь, а потом попытаем счастье на Финарме. Заработаем денег, расплатимся с долгами, и, может быть, наймём ещё людей, расширимся.
Амберт позволил себе лёгкую улыбку, а потом сказал:
— Понимаю, что звучит не очень вдохновляюще, но… время вышло.
У Глории натянулась кожа на скулах. Глория отозвалась:
— Я думаю, Хокберг не обидится за опоздание, если мы, так или иначе, приведём ему псайкера.
— Над планом Б размышлять не будем? — Лэнд уже разобрался с мясом и теперь доедал овощной гарнир.
— Нет, — отрезала Глория.
Лэнд пожал плечами и сосредоточился на еде.
Несмотря на царящее в кабаре веселье, остаток вечера охотники провели, почти не переговариваясь. Особенно помрачнели Глория и Йон.
Амберт — техноадепт, умел пилотировать разные челноки, самолёты, вообще управлять техникой. Лэнд отлично знал законы Империума и, освежив память, обновив теоретическую базу, стал бы хорошим юристом. Бывшие арбитры без труда бы нашли себе место, никак не связанное с войной, тогда как Глории и Йону грозили командировки в самые тёмные дыры галактики, чтобы там защищать интересы Георга Хокберга.
Вероятнее всего, ценой собственной жизни.
Планета Финарма в звёздной системе Норвин знавала и лучшие времена. Виной тому гражданские войны, нашествия, стихийные бедствия или техногенные катастрофы, — никто уже не помнит, — но потомки первых колонистов на Финарме обратно в космос не вышли, промышленность не развили и гармоничное общество не построили. Напротив, они откатились обратно к первобытнообщинному строю, занимались охотой и собирательством. Любые вещи, сохранившиеся со времён колонизации, превратились в реликвии. За лопату из железа могли подраться, за хороший нож — убить, из-за ювелирного украшения — начать войну.