На собрании, кроме нас с Георгом, присутствовали Мурцатто, Ловчий и Котар, который и позвал нас, несмотря на все возражения. Он хотел рассказать что-то о новом человеке в экипаже.
История получилось интересной, но одновременно и пугающей. Я в ту же секунду начал представлять себе картины скучающей или даже разгневанной Ийданы, которую оскорбили, что-то не дали или просто косо посмотрели.
Солдат, подрывающий себя гранатой. Повар, который шинкует собственные пальцы. Ремонтник, собравшийся в космос без скафандра. Да хотя бы и я, вонзающий себе карандаш в глаз.
Бррр…
— И где сейчас девочка? — спросил Георг, откинувшись в кресле.
— Я отвёл её к астропатам, — ответил Котар. — Они хотя бы проходили обучение и знают, как отгородиться от влияния извне.
Георг стих. Он открыл ящик стола и выудил оттуда мундштук. Подпалил сигарету, выпустил облачко дыма.
— Когда ты так долго молчишь, мне кажется, что ты выбираешь между плохим и ужасным решением, — проговорила Мурцатто.
Она как всегда выглядела безукоризненно. В тот момент — в строгом брючном костюме. Из вольностей, разве что, серебряная брошь на лацкане пиджака. Родовой символ — змея с крыльями.
Георг посмотрел на Мурцатто устало и ответил:
— Всё возможно.
— Боже-Император… — Мурцатто покачала головой и обратилась ко мне с Котаром: — Ну а вы что думаете?
— Исключать ликвидацию нельзя, — ответил Котар. — Если понадобится, я готов.
У Мурцатто глаза на лоб полезли.
А вот и зря. В Мурцатто заговорила мать, и эта мать забыла, что Котар — не рыцарь, а Ангел Смерти. Смерть!
Я же ответил:
— Мне много лет. Я видел кое-что похуже убийства ребёнка.
Мурцатто вздрогнула. Котар взял слово:
— Не нужно думать, что я — мясник и убийца. Смерть Ийданы — крайность. Никто ей не обрадуется.
— Ну ещё бы, — проговорил Георг.
— Чтобы этого избежать, господин Хокберг, нужны дополнительные вложения, — сказал Котар.
Георг вздохнул, махнул рукой и произнёс:
— Ну… меня предупреждали, что содержать псайкеров не менее накладно, чем их найти. Стреляй, не тяни.
— Нужно будет приобрести изделия из так называемого нуль-железа, — сказал Котар. — С этим проблем возникнуть не должно. Материал редкий, но не запрещённый для продажи.
Георг спросил:
— Это что-то способно помешать псайкерам?
— Да.
— А что именно нужно? Наручники? Какой-то купол на голову?
— И это тоже. — Котар кивнул. — Но вообще неплохо бы было обшить таким материалом целые каюты, где и будут жить псайкеры.
— Псайкеры? — Мурцатто бросила взгляд на Георга.
— Ну да, — удивился тот. — Охотники госпожи Регали продолжат искать для меня таланты.
— Может быть, для начала попробуем с одной маленькой девочкой справиться?
— Я всё-таки рассчитываю на Котара, — ответил Георг. — Он — вон какой здоровый. Посол, воин, чародей, ремесленник. Как говорится, а кто вы такие, господа?
— Так что вы скажете на предложение? — спросил Котар.
Георг махнул рукой и ответил:
— Полный карт-бланш. Дела идут хорошо, и я рассчитываю, что пойдут ещё лучше, когда в компании появятся собственные предсказатели и манипуляторы.
Мурцатто вмешалась:
— Я тоже хочу предложить свою помощь, Котар.
Он кивнул, она продолжила:
— Представить себе не могу, как Ийдана себя чувствует. Одна! Вокруг чужие люди, которых сложно понять. Я возьмусь обучать её готику, арифметике. Постараюсь объяснить, как себя вести в обществе.
— У нас есть учителя, — произнёс Георг.
— У них и так работы полно, — ответила Мурцатто. — Со временем, может быть, и получится отправить девочку учиться с другими детьми, но сейчас об этом и подумать нельзя. Как нельзя подумать и отправить к Ийдане кого-то неподготовленного.
— А ты хочешь сказать, что сможешь себя защитить? — спросил Георг.
Мурцатто прищурилась и произнесла:
— Я рискну. Не первый раз имею дело с чертовщиной.