— Никто нам ничего не даст, Агни, сколько ни моли. А то, что у нас с тобой были счастливые дни… это просто недоразумение. Случайность.
Агнете затихла. Была ли она опустошена или перебирала варианты, Симона не знала. Но всё-таки решила тоже подыскать парочку:
— Попробуй пойти в церковь, пристроить туда детей. Голодными они точно не останутся. Возможно, удастся уговорить святош устроить сбор после проповеди. Не факт, конечно, что соберёшь достаточно. Сейчас много таких.
Агнете промолчала. Симона всё-таки поддалась порыву, и вытащила из кармана брюк пачку сигарет. Подпалила кончик, затянулась, выдохнула серое облачко, а потом подкинула подруге ещё пищу для размышления:
— Попробуй договориться с каким-нибудь денежным мешком, чтобы тебе в долг дали под залог земли. Вроде бы проще некуда, но у нас не осталось знакомых денежных мешков. Текла не врала, я её сейчас нигде не вижу. Отсиживается. — Симона завела старую пластинку: — Блядь… Вот вам и золото Хокберга! Так и хочется сказать: "Ну что? Получили? Довольны?" Но ведь некому.
Агнете промолчала.
Сигарета совсем истлела, но новую начинать Симона не стала. Она сказала:
— Ты давай не раскисай только. Завтра вечером вместе пройдёмся, поищем тебе работу. Тех денег, которые богатые дяди подкинули, всё равно не хватит до Нагары.
Агнете не промолчала, но сказала кое-что неожиданное:
— А тот мужчина… ну… с которым ты встречаешься. У него друзей случайно нет?
В последующие месяцы одна мысль никак не покидала голову Агнете, несмотря на то, что ей удавалась сводить концы с концами.
Однако когда от пожертвований ничего не осталось, то Агнете решилась. Она посчитала, что уже скоро покинет "Амбицию" и терпеть насмешки или порицание не придётся. Всего лишь несколько недель…
У Агнете была одна подработка на полсмены, и теперь она собиралась взять ещё одну.
Большую часть гардероба пришлось к тому моменту продать, но оставалось одно платье. С ним Агнете не рассталась хотя бы потому, что до сих пор в него влезала. Лукас подарил на годовщину, как раз после рождения Амалие.
Платье трапециевидное под цвет волос Агнете, с коротким рукавом и глубоким вырезом. Оно подчёркивало достоинства, — большую грудь, — и закрывало недостатки: складки на боках и небольшой, но всё-таки живот.
Агнете надела колготки, босоножки, повесила на плечо чёрную кожаную сумку, правда, не совсем подходящую к образу, ещё раз поглядела на себя в зеркало, улыбнулась, постаралась выглядеть, как прежде, но как прежде не получилось. Вокруг глаз появилось множество морщинок, а волосы поблекли. О каких-либо украшениях Агнете и не вспоминала, — их продала в первую очередь.
Напоследок Агнете побрызгалась духами и отправилась в путь. Агнете шла в "Маркизу", — бордель для старшего офицерского состава на "Амбиции".
Находилось это место в трюме, как и все остальные здания, неучтённые в первоначальном плане во время постройки корабля. Но, в отличие от многих других таких же неучтённых, "Маркизу" возводили не на пять минут.
Если взглянуть со стороны, то как будто бы ни грамма железа или камня, а только стекло голоэкранов. Играла ритмичная музыка, и изображения на стекле или двигались, или хотя бы дрожали в такт.
Агнете увидела среди них алые губы с белоснежными зубами и пунцовым язычком между, тонкую ладонь с безупречным маникюром, что призывала посетить это место, или обнажённых танцовщиц, снятых так, чтобы в кадр не попадали лица.
Полы вокруг "Маркизы" представляли собой световые плиты, отзывающиеся на шаги.
Это место казалось потусторонним, непохожим на все остальные, в первую очередь как раз из-за освещения. Фонари вокруг окутывали посетителей и случайных прохожих вишневой пеленой. Внутри этой пелены могло показаться, будто ты попал в колдовской туман, вдохнул нечто запрещённое, а теперь пожинаешь плоды такого неосторожного действия.
Агнете проглотила ком в горле, вдохнула поглубже и направилась к входу. Там отсеивал посетителей громадный мордоворот в чёрном костюме и с золотой цепью на шее. Через страшное лицо тянулся ещё более страшный рубец, из-за которого мужчина получил нечто похожее на заячью губу, порванную ноздрю, а левый глаз пришлось прикрыть повязкой.
И всё-таки вряд ли бы какой злоумышленник смог бы дотянуться до второго глаза, — громила превосходил ростом совсем не маленькую Агнете по меньшей мере на голову. Настоящий-ненастоящий Ангел Смерти.