Во-первых, формулировка "враг неизвестен" на инструктаже. Козырь знал не больше Виктории, поэтому даже не расспросить толком. Кто ещё, кроме тиранидов, может быть в тиранидской биоторпеде?
Во-вторых, численность группировки. По воспоминаниям с Мордвиги-Прайм выходило так, что биоторпеда несла в своей утробе от десяти и до сотни организмов в зависимости от подвида. На артиллерийской же палубе, куда эта торпеда угодила, трудились тысячи матросов и артиллеристов. Стоило ли их уводить и подключать к делу наёмников из-за подобных пустяков?
В-третьих, наёмники шли в бой не в обычном снаряжении, а в герметичных скафандрах, и — Боже-Император! — как же Виктория их ненавидела!
В узких проходах постоянно сталкиваешься плечами, боками с напарниками, в помещениях с низкими потолками бьёшься макушкой, а в дверной проём проходишь только боком. Нужно прослужить в скафандре не одно десятилетие, чтобы двигаться хоть сколько-нибудь ловко или же быть космическим десантником, — те, благодаря специальным имплантатам, чувствовали доспехи как вторую кожу.
Так Виктория пришла к четвёртой причине волнения, к космическому десантнику, к Котару Ва-кенну. Из-за пустяков воина-чародея от своих псайкерских дел не оторвали бы.
В итоге неутешительный вывод: на "Амбицию" прорвалась не какая-то стая тупорылых гаунтов, а что-то куда опаснее, — генокрады или даже ликторы.
При упоминании последних заныла оторванная рука. Виктория больше никогда не хотела бы встретиться с подобной тварью. Сражение с ликтором — дело совсем не для простых людей.
Люмены над вратами перестали гореть красным и стали зелёными, — блокировка снята. К панели управления противовзрывного механизма подобрался солдат-взломщик. Бороться с Духом Машины не требовалось, — все священные коды доступа известны, — но такая уж роль.
Виктория потратила оставшееся драгоценное время на то, чтобы подать питание на залповое ружьё, — мощный лазерный излучатель с ранцевым питанием. Недолго думая, она перевела оружие на автоматический режим стрельбы, — нутром чуяла, что ещё как понадобится.
Толстые створки, способные выдержать взрыв макроснаряда, со скрежетом поползли в пазы в стенах.
Котар Ва-кенн, Ангел Смерти, не воин, а настоящий танк в своих терминаторских доспехах, повернулся к подразделению Виктории и проговорил:
— Не важно, с чем мы встретимся. Важно, как именно мы себя проявим перед лицом Бога-Императора. Пусть Он гордится нами. В пламя битвы! На наковальню войны!
Следуя за космическим десантником, первое командное отделение ворвалось на артиллерийскую палубу, растянувшись стрелковой цепью.
Люмены внутри были обесточены или даже разбиты. Единственный источник света — преобразователь плазменного ружья, отливающий синевой, в руках одного из бойцов Виктории, поэтому она приказала включить наплечные фонари.
Сверкающие копья не обнаружили ничего враждебного. Виктория дала команду на движение следующей группе бойцов и вернулась к наблюдению.
Рядом с макроорудием даже такой гигант, как Котар, казался букашкой. Пушка возвышалась на несколько десятков метров в высоту и только в этом отсеке занимала пространство небольшого городского квартала, а ведь ещё оставался ствол где-то там, за толстыми бронированными стенами, которые защищали экипаж от холода космоса.
Виктория слышала, что без противогаза в этом отсеке никак, — выделяемые при выстрелах газы сражают наповал.
Пользуйся берушами, наушниками, навороченными звукопоглотителями или не пользуйся, но лет через десять-пятнадцать всем матросам и офицерам, связанным с артиллерией, приходится использовать слуховые аппараты или аугметику.
И как будто этого мало, но Виктория видела этих работяг после напряжённой вахты, и они всё ещё дрожали от чудовищной вибрации гигантских механизмов.
Виктория высветила многотонный снаряд, поддерживаемый мостовым краном и охотно поверила во все слухи и рассказы, связанные с непростым трудом флотских канониров.
Когда-то на "Амбиции" были не то чтобы отдельные орудия, а целые палубы с пушками с автоматическим механизмом заряжания. Теперь не до жиру, а поэтому Виктория не удивилась, когда увидела множество цепей, прикреплённых к снаряду. Мостовой кран, конечно, нёс основной вес, но без помощи десятков матросов уложить снаряд в казённик было невозможно. Скорострельность страдала, промежуток между выстрелами мог затянуться минут на двадцать или даже полчаса, но эффект того стоил. Порой одно-единственное попадание из этой чудовищной пушки решало исход целого сражения, неважно, пустотного или наземного. На той же Вайстали, например, пробившись сквозь огонь противокосмической обороны, "Амбиция" с союзными кораблями за пару часов сравняла с землёй целый город.