Артиллерийская батарея делилась на четыре отдельных отсека, по одному на каждое орудие. В первом отсеке наёмники ничего, кроме подозрительного шума, не обнаружили. Там, где механизмы, всегда будет какой-то лязг, работают они или нет. Часть бойцов осталась досматривать первый отсек, а другая прошла в следующий, где и начали проявляться следы абордажа.
— Крепитесь, солдаты, — раздался тихий голос Котара в вокс-приёмнике. — Здесь Зло.
Испуганное перешёптывание, молитвы и проклятия стали ответом.
Виктория поморщилась. До Вайстали в роте Козыря было не так много ветеранов, после и говорить не приходится. Да, конечно, появились специалисты с некоторым полезным багажом за спиной, но основная масса участвовала только в сражении с орками-фрибутерами в прошлом году.
Виктория повесила залповое ружьё болтаться на ремне, осенила себя знамением аквилы и прошептала:
— Храни меня, Бог-Император.
Что же такого увидели наёмники во втором отсеке?
Полы покрылись ржавчиной, и чем дальше проходили бойцы, тем отчётливее проявлялась коррозия. Уже не просто отдельные пятна жёлтоватого или рыжего оттенка то тут, то там. Виктория чувствовала, что металл под её весом крошится и разлетается грязными хлопьями. Она повела плечами, — не хватало только провалиться.
По пути начали попадаться какие-то полипы, пульсирующие наросты организмов, питающихся непонятно чем. Виктория почувствовала приближение тошноты, — настолько отвратительно выглядела эта противоестественная нечестивая жизнь.
Наконец фонари бойцов высветили то место в борту, куда пришёлся удар торпеды. Она пробила металл и раскрылась цветком со склизкими лепестками. И как будто биоторпеда и без того не выглядела отвратительно, но влияние варпа только усугубило дело. Каждый лепесток теперь походил на мутировавшую человеческую челюсть с человеческими же зубами и даже языком. Откуда-то из утробы чудовища на тонких стебельках мышц и сосудов вытянулись налитые кровью глаза. Стоило лучам от фонарей попасть по ним, как уродливые отростки уползли обратно, и раздался недовольный рёв.
— Сжечь, — проговорил один из подчинённых Виктории. — Закидать взрывчаткой, а потом всё здесь нахрен сжечь.
Зло атаковало как раз в тот миг, когда всё внимание было приковано к омерзительному кадавру на стене.
Один наёмник рухнул лицом вниз, когда щупальца неизвестной твари обхватили его ноги в несколько витков. Солдат всё ещё кричал, когда они утащили его куда-то в самый дальний угол.
Виктория помогла бы, если бы не встретила существо из своих самых страшных кошмаров.
Это был ликтор тиранидов, но ликтор неживой и немёртвый. Куда больше генокрада, вместо одной пары лап изогнутые косы, на морде у пасти пучёк щупалец, панцирь на груди разворочен и преображён в улей для каких-то мерзких насекомых, похожих на мух.
Ликтор спрыгнул с пушки и приземлился на плечи бойца с плазменным ружьём. Тот, несмотря на мышечные усилители скафандра, устоять на ногах не смог. Ликтор, пользуясь тем, что его враги ошеломлены, обезглавил косой одного наёмника, отмахнулся от другого и расколол тому бронированное стекло шлема. Трупные мухи тут же воспользовались трещиной и покрыли лицо бедняги шелестящим ковром, забрались в открытый в крике рот. Ликтор не дал подняться бойцу с плазменным ружьём, ударил его когтями по шее пару раз. Пусть и не обезглавил, но с такими ранами уже не жить. Чудище повернулось к Виктории, когда она, наконец, взяла себя в руки и отправила в цель такой пучок лучистой энергии, что остановила бы и лёгкий бронетранспортёр. "Улей" на груди твари исчез, Виктория видела, что лучи прожгли ликтора насквозь, но тот и не думал падать, не думал даже отступать. Напротив, ликтор присел, а потом распрямил все многочисленные суставы на ногах и рванулся к ней в прыжке. Обе органические косы попали под длинную очередь из залпового ружья, но чудище и без них было способно рвать и кромсать.
Из-за столкновения Виктория отлетела на пару метров, ударилась о бойца сзади и вместе с ним повалилась на спину. Она тут же села и ощутила, как холод сковывает её. Тело ликтора оказалось слабее злого духа, который им управлял, — оно развалилось надвое, но… Оно всё равно подтягивалось на двух лапах и собиралось завершить то, что не доделали другие чудовища Мордвиги.