Очередной варп-прыжок привёл к тому, что "Пентакль" едва не столкнулся с "Virtutes Machinae". Подозреваю, что не только капитан Гиммельфарб, но и магос Аурум прокричал с капитанского мостика:
— Полный назад! Всю мощность на манёвровые двигатели!
В итоге крейсеры подпалили обшивку друг друга, но так и не столкнулись, хотя офицеры с мостика доложили, что расстояние между кораблями не превышало и нескольких метров. То есть пустотным абордажникам в таком случае и челноки бы не понадобились, — оттолкнулись бы от обшивки и добрались до цели, размахивая над головой крюками и выкрикивая "я-р-р-р".
И вот, наконец, корабли компании шли борт в борт, не отступали, а приняли вызов "москитного флота".
Для "Пентакля" сражение с подобным противником нежелательно. Он был заточен на решение других задач, на уничтожение линейных кораблей.
Лёгкий крейсер "Virtutes Machinae" лучше подходил на роль истребителя "мошкары". И снова то самое умное слово — концепция. По концепции флотоводцев Дитрита его ради такого и построили.
Корабли компании выпустили в сторону вражеского облака лазерные лучи из турелей, но за проворными целями не угнаться. Лишь единицы истребителей испарились, будто их и не было, остальные уклонились от атаки.
Наперерез "Быстрой Смерти" и "Огням Погибели" из ангаров "Virtutes Machinae" метнулись несколько десятков перехватчиков типа "Фурия". Несмотря на подавляющее численное превосходство еретиков, ни один пилот-скитарий не дрогнул. Вы, наверное, догадываетесь почему.
Нет, не храбрость. Да, программное воздействие на электронную часть мозга. Скитариям запретили бояться.
"Фурии" техножречества Дитрита сражались, как единое целое. Если кому из врагов и могло показаться, что траектория перехватчиков больше похожа на броуновское движение, то уже в следующее мгновение этот еретик погибал. Всё потому, что цель "Фурий" в сложившихся обстоятельствах — не уничтожение противника в "собачьих боях", а заманивание его в область действия ПКО материнского корабля.
Зачем использовать свою пару лазерных пушек и несколько ракет, если можно привести врага туда, где его встретят десятки, в случае с "Пентаклем" сотни мелкокалиберных кинетических орудий?
Так раз за разом охваченные жаждой крови еретики, сев на хвост "Фурии", вдруг встречались со стеной убийственной стали, посланной навстречу.
В первые мгновения боя еретики понесли чудовищные потери, разменивая десяток истребителей на одного перехватчика с "Virtutes Machinae".
И всё-таки время работало против флагмана Пустынных Странников и последнего корабля, покинувшего верфи Дитрита. Еретики могли позволить себе потери при численном превосходстве. Через пару минут в пространстве рядом с кораблями компании не осталось ни одного вражеского истребителя, но, к сожалению, и "Фурии" кончились. То тут, то там расцветали огни взорванных вражеских бомбардировщиков, — зонтик противокосмической обороны пока ещё работал, но надолго ли его хватит?
Какие-то звенья "Огней Погибели" находили бреши в обороне, залетали под пустотные щиты, сбрасывали плазменные бомбы или даже шли на таран, если понимали, что выхода нет. Ракеты "Стикса" и "Язычников" со временем сбили пустотные щиты и больше не позволяли им подняться. Турели же "Вестников Ада" осыпали обшивку макроснарядами, и уже совсем скоро корабли компании истекали пылающим воздухом из множества повреждённых отсеков.
Нет ничего приятного в том, чтобы наблюдать, как трёхмерные модели наших кораблей больше не светятся приятным голубым сиянием, а покрываются красными, иногда и черными пятнами.
Красное пятно — пожар. Чёрное — пропала связь с отсеком или выведено из строя оборудование, или там вообще больше ничего нет, кроме раскалённого кратера.
Авраам и Котар сохраняли угрюмое выражение лица, а Ийдана показала мне большой палец: либо знала будущее, и оно не такое уж страшное, либо не хотела меня расстраивать раньше времени.
Как же держались капитаны, когда на них валился один отвратительный рапорт за другим?
Да замечательно, на зависть многим! У госпожи Гиммельфарб и голос не дрожал, и руки не тряслись, как бывало иной раз с Ласом Руизом. Магос Аурум же вообще глыба.
Как вы думаете, какое сообщение он отправил, когда "Virtutes Machinae" парализовали, выбив двигатели?
Проклинал тот день, когда связался с Георгом Хокбергом? Ругал тупорылое флотское командование, которое отправило его на рискованное задание? Может быть, просил пощады у еретиков?