Нет и ещё раз нет!
Магос Аурум сказал следующее:
— Было честью служить вместе с вами, господа. Я не видел офицеров и солдат лучше. Надеюсь, вы отомстите еретикам за экипаж "Virtutes Machinae".
Человек, далёкий от космических баталий, может воскликнуть при чтении:
— А чего он испереживался-то? Ничего ведь страшного не произошло! Пушки на месте, броня держится!
Но спешу опровергнуть заблуждение. Когда у корабля выбивают двигатели — это именно что конец. Больше никаких манёвров, — враг заходит с той стороны, откуда его не достать, например, с кормы, а потом методично убивает тебя с одного или нескольких залпов, чтобы насладиться агонией.
Еретики к тому времени растеряли весь свой "москитный флот" и даже несколько эсминцев, — те при встрече с гранд-крейсером горели, как спички, — но вот лёгкие крейсеры уже устремились заклевать корабль техножрецов.
Помешать им капитан Гиммельфарб не могла. Вместо этого она бросила космическим десантникам:
— Господа, у нас остаётся не так уж много вариантов.
Объяснять ни Аврааму, ни Котару эти слова не пришлось. Они натянули шлемы и отправились готовиться к абордажу, а "Пентакль" устремился к единственной цели, за которой ещё кое-как, но мог угнаться.
К линейному крейсеру типа "Стикс" — флагману еретиков.
Описывая сражение с пиратами Генриха Эвери, я упоминал, что перед абордажем неплохо бы обстрелять вражеское судно из всех калибров, иначе потерь в челноках не избежать.
Времени провернуть что-нибудь этакое не было. Но и гробить абордажные команды капитан Гиммельфарб не собиралась. Она провела рискованный манёвр, который в случае неудачи мог привести к гибели не только еретиков, но и всех нас в том числе. "Пентакль" пролетел вплотную к "Стиксу". Длинное маневровое крыло флагмана Пустынных Странников превратилось в огрызок, корабль еретиков получил рваную рану на брюхе, но главное — на такой короткой дистанции противокосмическая оборона отработала не лучшим образом и большая часть челноков с пиратами добралась до цели. А ещё до цели добрались десантные капсулы с самым опасным оружием в этой звёздной системе.
Каплевидные механизмы ударились в искорёженную обшивку "Стикса", вонзили фиксирующие крючья, а потом развили такое усилие, чтобы вплотную прижаться к поверхности. Мелта-резаки вскрыли броню по периметру, а орудийные установки разрушили и отбросили обломки внутрь.
Вслед за обломками на палубах "Стикса" появились они.
Ангелы Смерти.
Котар, Авраам и остальные Пустынные Странники ворвались в двигательный отсек и принялись убивать всё, что движется. Скорее всего, большая часть экипажа — рабы, но перед абордажной командой стояла задача не спасти невиновных, а нанести столько урона, сколько возможно, пока не началась контратака, и их не вышвырнули восвояси.
Поднимался и опускался фламберг, — по волнистому лезвию струилась кровь. Котар даже не включал силовое поле, — и без него кромсал искажённых варпом мутантов в грязном тряпье безо всяких усилий.
Аврааму кормить демона кровью и душами не нужно было. Его силовой меч сверкал в полумраке и заставлял нечестивых падать ниц, только бы заслужить прощение.
Их усилия тщетны.
Пустынные Странники, наступающие вслед за Драконом и Львом, довершали разгром под кровожадный рокот цепных мечей и топоров, свист стали и хруст костей.
Ни одного сгустка плазмы и даже выстрела из болтера, — стоило приберечь боезапас, так как неясно, насколько затянется абордаж и кто может встретиться на затемнённых палубах "Стикса".
Контрудар настиг Странников в тот момент, когда они уже заминировали генераторы, питающие основные двигатели звездолёта.
Неофит, который стоял ближе всех к Аврааму, получил несколько болтов в голову. Один снаряд укоротил декоративные металлические крылья, другой попал в лоб, но не пробил броню, а вот третий угодил в правую линзу и разорвался внутри черепа.
Авраам пригнулся и первым делом, конечно же, отдал команду на подрыв. Не хватало ещё погибнуть, так и не справившись с задачей.
Мелта-бомбы расплавили механизмы генераторов, прекратили бесконечный бег роторов и переток энергии к двигателям. В помещении погас свет, и Авраам предположил, что энергетическая система корабля взаимосвязана и не выдержала резкого падения мощности. Но на дальнейшие размышления времени не оставалось, — болт-снаряды свистели со всех сторон.