Вилхелм ожидал, что техножрец выскажет негодование по поводу того, кого именно принесли на крещение, но тот оставался подозрительно молчаливым. И всё-таки Вилхелм не выдержал:
— Мой сын, он…
— Я не слепой, — отозвался техножрец, — и уже нашёл в хоре необходимую информацию об Уране. Теперь всё в руках Бога-Машины.
— Так… решаете не вы?
Техножрец покачал головой и ответил:
— Я такой же раб Божий.
Вилхелм перевёл взгляд на лик владыки всех механизмов. Некоторое время ничего не происходило. Костяной "ковёр" шевелился, глухой перестук костей терялся в грохоте машинного отделения, а часовой механизм справа работал в привычном ритме. Но через пару мгновений огонь в глазнице погас, и Вилхелм заметил, что техножрец опустился на колени, а потом потянул за собой и его.
— Склоните голову, — произнёс техножрец. — Бог-Машина явил свою волю.
Вилхелм сделал всё то, что от него просили, а потом проглотил холодную слюну и спросил:
— И что же?
— Я не могу вам помочь.
Эти слова заставили кровь отхлынуть от лица, оглушили чуть ли не сильнее, чем окружающий гул, если бы Вилхелм вдруг снял наушники. И как будто этого мало, но техножрец добавил:
— Ваш сын недостаточно чист. Ему нет места в культе.
Нянечку Вилхелму посоветовал Котар Ва-кенн. Некогда Вероника сидела с Ийданой и теперь продолжала заходить к ведьме время от времени, но могла последить ещё за чьим-нибудь ребёнком.
И Боже-Император, помощь старой вдовы пришлась как нельзя кстати! Сладить с ребёнком без женщины — невыполнимая задача, если нужно ещё какую-нибудь работу работать.
Вилхелм как раз попрощался с Вероникой, проводил её до порога, а там вдруг увидел бледную физиономию Нере.
— Здорово! — воскликнул Нере.
— Привет. — Вилхелм не переставал покачивать Урана.
— Ну, показывай.
Вилхелм сжался пружиной, горел. Так происходило всегда, даже когда заходили давние друзья и хорошие знакомые, чтобы посмотреть на прибавление в семействе ван Дейков.
— Да расслабься ты! — Нере махнул рукой. — Что я? Рогатых-хвостатых никогда не видел?
— Несмешно. И вообще у Урана нет рогов!
— Да я и не шутил. Вилхелм, давай полегче!
Вилхелм вздохнул и произнёс:
— Прости.
Он положил сынишку в кроватку и дотронулся пальцем тому до кончика носа. Уран всегда улыбался, когда Вилхелм так делал. Нере усмехнулся и сказал:
— Симпатяга! И татушки делать не надо, — он уже с ног до головы в партаках. Держи презент от дяди Нере!
С этими словами Нере покрутил перед Ураном вязаной игрушкой, — простеньким солдатиком, но в цветах компании и с характерным бордовым беретом с плюмажем.
— Неужто капитан начал игрушки выпускать? — спросил Вилхелм.
— Нет, это моя новая подружка сшила.
Нере некоторое время постоял рядом с кроваткой, строя дурацкие рожи, щёлкая пальцами и пытаясь агукать на младенческом языке. У Урана в ответ выходили только отрывистые звуки, он ещё не научился смеяться.
— Славный парень, — произнёс, наконец, Нере.
Вилхелм ничего не ответил, а поэтому Нере добавил:
— А то, что кривой, так ты не переживай. Мутанты часто рождаются. В году пару недель, если не месяц, в варпе проводим.
Вилхелм только было расслабился, как воспоминания о посещениях культа и церкви снова сдавили грудь. Он просипел что-то неразборчивое, прочистил горло и сказал:
— Да, но, наверное, не такие, чтобы им в крещении отказывали.
— Серьёзно? — Нере прищурился.
Вилхелм кивнул, Нере покачал головой. Уран перестал улыбаться и смотрел на взрослых настороженно, поэтому Нере снова начал играться с младенцем и щекотать его. Нере проговорил чуть погодя:
— Вроде летим за Георгом на Брунталис. Чёрт его знает, что он там забыл, но я к тому, что можно попробовать по тамошним церквям пройтись.
— Бесполезно… — начал Вилхелм, потом сделал паузу, подумал и продолжил: — не знаю, короче. Во флоте-то порядки обычно не такие строгие. Как бы меня анафеме не предали на большой земле.
Нере хмыкнул и сказал:
— Не придумывай.