— Что?
— Только никому не рассказывай, — сказал Нере. — Пусть это останется между нами. Тебя это тоже касается, молодой человек. — Нере погрозил Урану пальцем. — Была у меня интрижка с одной зверолюдиной…
— Нере! — воскликнул Вилхелм.
— Дослушай сначала! — Нере поднял палец вверх. — Это было на Аманите. Храмовый мир вообще-то! Так она мне рассказывала, что у мутантов собственный приход был. Всё чинно и правильно, никаких кровожадных культов, — та же аквила, только ходишь на неё смотреть в другое место.
— Хорошо, если так. — Вилхелм помолчал немного, а потом продолжил: — Ещё я за Серу боюсь. Вот выйдет из госпиталя, увидит, что вышло… — Он махнул рукой.
— Она же у тебя не дура.
— Вы просто давно не виделись. — Вилхелм помрачнел. — Она сильно переживала из-за ребёнка. Очень.
— У баб вообще голова временами отваливается. — Нере отмахнулся. — Забей, это гормоны, всё наладится.
— Тебя послушать… Вообще ни о чём переживать не надо!
— И хорошо живу. — Нере потянулся к Урану и взял того на руки.
Удивительно, но младенец не заревел. Нере очень быстро вошёл в круг "своих", когда включать сирену и предупреждать всех родственников не нужно. Вдвойне удивительно, учитывая не самую приятную внешность Нере.
— Знаешь, вот ещё вспомнил, — проговорил он. — Попробуй посетить культ Святого Свежевателя. Ты же самого Свежевателя знал! Сделают скидку.
— Да ну тебя…
— Я серьёзно! В трюмах у них своя небольшая церквушка выросла.
Вилхелм посмотрел на Нере, прищурившись.
— Попытка не пытка! — воскликнул Нере. — Я, если что, буду крёстным.
Вилхелм хмыкнул и проговорил:
— Да ты же только плохому научить можешь. Какой из тебя крёстный?!
— Может, это событие станет поворотным в моей жизни, и я превращусь в образец для подражания? — Нере усмехнулся и отмахнулся. — Не! Конечно, не превращусь. — Он посмотрел на Урана. — Зато я могу научить тебя, парень, кадрить мамзелей. Не повредит. Твой папаша не особо силён в этом деле.
Вилхелм вздохнул и сказал:
— Ладно, давай прогуляемся.
Вилхелм запеленал Урана, взял бутылочку с детской смесью и отправился вслед за Нере. Корабль ни тот, ни другой ещё не изучили как следует, — "Пентакль" огромен, — поэтому пришлось поплутать.
Через некоторое время Уран заснул, мирно посапывая в корзинке. Наверное, пришлось бы развернуться и отправиться обратно, пока они совсем не заблудились, но тут Вилхелм увидел несколько человек в белых мантиях и капиротах. Те тащили куда-то скамейки.
Церковь Святого Роберта Свежевателя находилась в освобождённом от стеллажей складском помещении. Вряд ли она уже начала принимать первых посетителей, — члены культа до сих пор занимались ремонтом. Кто-то вешал дополнительные люмены, кто-то красил, кто-то устанавливал скамейки, собирал исповедальни, другую мебель. В другом конце помещения повесили на стену икону. Вилхелм присмотрелся и увидел на ней изображение зверского вида мужчины с густой бородой и пылающим взором, с нимбом вокруг головы. Сжав в руках боевой стяг, этот мужчина без всякого страха шёл прямо в огонь.
На самом деле художник польстил герою. Старый добрый Бобби Свежеватель не отличался высоким ростом. Он был кряжистым и могучим, но наверняка обрадовался бы, глядя на то, каким его видят последователи.
Вилхелм с Нере подошли к алтарю и остановились у группы верующих, которые любовались иконой.
Раздался мужской голос:
— Прекрасная работа, сестра Тамара.
Как культисты узнавали друг друга в однотипной одежде и головных уборах, оставалось только догадываться, но та, к которой обращались, поблагодарила собравшихся за высокую оценку. Тот же, кто говорил, подошёл к гостям храма и представился:
— Здравствуйте, люди добрые. Меня зовут Жерар, я — глава культа Святого Свежевателя. У вас какие-то вопросы?
Нере сотворил знамение аквилы, Вилхелм просто кивнул, — руки заняты, — и ответил:
— Вилхелм. Это — Нере. Я хотел бы … — Вилхелм вдохнул поглубже, — была не была! — у вас можно покрестить ребёнка?
Жерар долго не отвечал, а потом всё-таки произнёс:
— Первые таинства запланированы к концу недели, но… вы разве не знаете порядка? Кто вам сказал сюда прийти?