Операцию Сера начала с того, что с помощью лазерного резака и щипцов извлекала естественную броню Авраама, — наслаивающиеся друг на друга сросшиеся рёбра.
Одна такая пластина, покрытая плёнками синтетической кожи и чёрного панциря, сломалась в её руках из-за широкого отверстия посередине. В Авраама уже сто раз стреляли и попадали из разнообразных болтеров, но к ранению в живот не привыкнуть.
Плоть, мышцы, внутренние органы в районе попадания представляли собой нечто тошнотворное, и не всякий человек смог бы смотреть на такое без содрогания.
Смотрел Авраам, смотрела Сера, смотрел доктор Игельхунд, который на этот раз ассистировал девушке, а не наоборот. У соседнего же стола работал магос Децимос. Он занимался Странником, который провалился в стазис из-за полученных ран.
— Экран поближе, — попросила Сера.
Доктор Игельхунд услужливо пододвинул голоэкран, свисающий на проводах с потолка. Сера сверялась с рентгеновскими снимками, а потом делала надрезы и вытаскивала пинцетом осколки, пока Игельхунд восстанавливал сосуды, откачивал кровь, желудочные соки и другую жидкость, что перемешалась в страшной ране в дурнопахнущий коктейль.
Иногда Сера качала головой, а потом вытаскивала какой-нибудь особенно повреждённый орган или имплантат. В таких случаях даже самый умелый врач или искушённый псайкер не помог бы.
Несмотря ни на что, Авраам находил ситуацию забавной. Сера забиралась к нему брюшную полость чуть ли не по локоть, а стояла в это время на табуретке, — что ни говори, маленькая девушка.
— Доктор, вы свою коллегу хотя бы за ноги придержите, пока не нырнула.
Игельхунд усмехнулся, а Сера, достав ещё один осколок, улыбнулась и произнесла:
— Никак не привыкну, что вы можете быть в сознании.
— Как в целом дела? — Авраам выдавил улыбку.
— Ну… из хороших новостей — мукраноид цел, — ответила Сера. — Вот всё, что его окружает, не очень. Сегодня я очищу область, а завтра начну восстанавливать. Готовьтесь к имплантации.
— Да хоть сегодня.
— Нет, сегодня мне ещё препарировать тела ваших павших собратьев. — В посудку полетел ещё один осколок, там накопилось уже больше двух десятков. — Возможно, удастся найти органы на замену.
— Можно ведь и искусственные поставить.
Сера остановилась и сказала:
— Ну, вот Котара Ва-кенна мы уже напичкали синтетическими имплантатами. Можете поинтересоваться, каково ему.
— Ладно, доверюсь вам.
Авраам бы и руками развёл, но вот беда, — одной нет, другая из-за слабости едва движется.
Чуть погодя, когда в посуде выросла горка острого металла, а кровь плескалась на донышке, Сера вдруг остановилась, попросила больше света, а потом сказала:
— Лечение затянется, господин Авраам.
— Что там ещё? — Авраам поморщился.
— Один осколок зашёл в L3 куда глубже, чем можно было решить по снимкам.
— Куда?
— L3 — это позвонок в поясничном отделе, — объяснил доктор Игельхунд. Он обратился к Сере: — Можно я посмотрю?
Сера отодвинулась так, чтобы не закрывать доступ к повреждённому участку, а Игельхунд встал подле и наклонился над раной.
— Да. К сожалению, это так.
— Что "так"? — спросил Авраам. — Давайте только без печальных лиц, хорошо? Я ходить смогу?
— Да. — Сера кивнула. — Ваш организм хорошо справляется с самолечением.
— Но…
— Но срастётся, скорее всего, неправильно. Придётся снизить нагрузки, — объяснил Игельхунд.
Авраам хмыкнул.
Какие ещё "снизить нагрузки", когда иной раз приходится сталкиваться с такой же машиной смерти, как ты сам?!
— Наверное, есть решение? — спросил Авраам.
— Да, конечно, — ответила Сера. — Только что упоминали нашего общего друга Котара, и у него я подсмотрела замечательное решение. Сама себе хочу приживить нечто подобное.
— Искусственный позвонок? — Авраам прищурился. — Или вообще внешний позвоночник?
— Позвоночник.
Авраам вздохнул, а потом сказал:
— Мне нужно поскорее вернуться к работе и желательно в лучшем состоянии, чем до ранения. Вы сможете это сделать, техножрица?