Оператор вокс-станции вдруг побледнел, отвёл трубку от уха, закрыл её рукой и окликнул Георга:
— Господин… спрашивают старшего офицера.
— Кто?
Оператор пожал плечами.
Стало интересно, но Георг не побежал через весь зал, а отдал следующую команду:
— Переведи на громкую связь.
На зашифрованной частоте раздался незнакомый голос: приятный, почти певческий баритон, идеальный низкий готик без какого-либо акцента — так и на Святой Терре можно было сойти за своего.
— Я хотел бы поговорить с инквизитором-легатом или с номархом Мнефсеем.
— Представьтесь, — велел Георг.
— Моё имя Эндаксис Скуул. Я командовал обороной Осинеи.
От работы отвлеклись все. Не каждый день удавалось услышать настолько высокопоставленного врага.
Эндаксис продолжал:
— Полагаю, вы тот самый вольный торговец?
— Правильно полагаете. Я — Георг Хокберг. Госпожа Зындон и господин Мнефсей в это мгновение купируют прорыв.
С той стороны раздались приглушённые редкие аплодисменты. Эндаксис сказал:
— Как же жалко это выглядит, когда тактические задачи приходится решать руководителям такого уровня. Не хватает офицеров?
Георг усмехнулся и ответил:
— Да, с недавних пор дефицит, но бывшие лейтенанты и капитаны скоро втянутся. А у вас как дела?
Эндаксис ответил не сразу, из-за чего Георг не смог сдержать смешок. Наконец еретик произнёс:
— Хотел бы поздравить вас с ещё одним геноцидом. Не устали ещё истреблять собственных граждан?
— Мне до них нет дела, — отозвался Георг.
— Бомбите их, давите шагоходами, расстреливаете и скармливаете чужакам. Скажите мне, Георг, чем вы тогда от нас отличаетесь?
— Хм… — Георг помолчал немного, подумал и ответил: — Я одержу победу, а вы умрёте здесь, на Хелге.
И снова тишина, а потом еретик выдавил следующее:
— Я веду эту войну больше десяти тысяч лет! Пережил всех своих врагов! Ты думаешь, в этот раз будет иначе?!
— Не знаю, — сказал Георг. — Пока всё складывается не так уж и плохо. Думаю, дожмём вас лет через десять. Да, долго, но ничего не поделаешь, хорошо вы окопались!
Возможно, Эндаксис вставил бы свой невероятно важный комментарий по поводу, но Георг продолжал:
— В некотором роде… я хотел бы даже поблагодарить вас, Эндаксис. До конца войны я состояние сделаю на поставках армии. Вы даже представить себе не можете — от таких денег кружится голова!
— Думаешь, деньги спасут тебя?
— Может — да, может — нет. Меня радует сам процесс.
Будь Эндаксис стереотипным злодеем бульварного чтива, он бы разразился угрозами или в сердцах поведал о гениальных планах, но вместо этого он просто прервал соединение. Вокс-оператор развёл руками.
Георг усмехнулся и сделал ещё один глоток амасека. Он снова встретился взглядом с Мурцатто, и та сказала:
— Рано радуешься. Даже если этот Эндаксис на самом деле покинул Осинею, гарнизон ещё долго может обороняться.
— Интуиция подсказывает мне, что мы сделали это, милая Мурцатто. — Георг салютовал ей бокалом. — Победа теперь — вопрос времени.
Мурцатто хмыкнула, а потом спросила:
— И какой у неё вкус?
— Горький, — ответил Георг. — Но… пьянит.
Глава 27. "Точки над i"
Аннотация: еретики Альфа-Легиона уже не раз пытались бросить сектор Сецессио в омут массовых беспорядков и гражданской войны. Они не чурались и более прямолинейных действий — планетарных осад и нападений на конвои, — а поэтому долгое время оставались главной угрозой Империума в этой области космоса. Спустя годы появились опасности куда страшнее, но забывать о проклятых кукловодах, шантажистах и провокаторах не стоит ни в коем случае. Слишком многие герои пали, потеряв бдительность.
Едва услышишь слово "Брунталис", как в голове тут же возникнет образ чего-то дикого, грубого, обладающего ярко выраженным звериным началом. Посетив Брунталис, тут же вспомнишь поговорку о названии и корабле.
Города-крепости, фабричные комплексы, батареи дымящих труб, орбитальные лифты с тарелками космических станций, олицетворение примитивизма и брутализма.