— Слава Омниссии! — воскликнула Сера.
Магос помолчал немного, а потом спросил уже тише, голос снова зазвучал монотонно:
— Я планировал пригласить братьев и сестёр посмотреть на первый шаг священного механизма, но ты пришла раньше.
Сера переглянулась, приблизилась и прошептала:
— Мастер, мне нужно переговорить с вами с глазу на глаз.
— Ты могла отправить зашифрованное сообщение в хоре.
— Могла, — Сера кивнула, — но мне так проще.
— Ты слишком тесно связана с мирским. Твои действия неоптимальны.
Сера вздохнула и промолчала. Магос Децимос издал тихий скрежет, скорее всего, так он смеялся. Он взял Серу за руку и отвёл за одну из ног-колонн "Хранителя", надёжно укрывшись от любопытного взора.
— Мы в мёртвой зоне, — объяснил магос. — Голокамеры фиксируют разве что мою спину, других следящих устройств поблизости нет.
— А Дух? — Сера бросила взгляд туда, где среди толщи металла, пучков проводов и могучей энергии обитала пока ещё безмолвная и робкая жизнь.
— Дух заинтересован. — Децимос кивнул. — Но он вряд ли с кем поделится тем, что услышит. Вероятность этого события стремится к нулю, так как он ещё не понял, зачем вообще нужно общение.
— Хорошо. — Сера набралась смелости и спросила: — Мастер, моё продвижение по службе как-нибудь связано с вами?
Магос не отвечал несколько мгновений, потом кивнул и сказал:
— Да.
— Так и знала. — Сера склонила голову.
— Ты достаточно компетентна, а ещё ценная единица нашей коммуны на "Амбиции". Я настоял, а доктор Игельхунд не противился.
Сера промолчала.
— Для торжества Знания мне важно, чтобы как можно больше членов нашей коммуны занимали важные руководящие должности, — добавил Децимос.
Он осторожно дотронулся до подбородка Серы и приподнял ей голову, чтобы видеть лицо.
— Я проанализировал мимические сигналы, — проговорил Децимос. — Твоя реакция алогична. Тебе оказана честь — служить Омниссии в качестве главы корабельного госпиталя. Это награда.
— А можно мне вместо этого всего попросить, чтобы моего сына наконец-то впустили в храм? — Сера стиснула зубы так, что желваки заиграли на скулах.
— Нет, — всё также бесстрастно отозвался магос.
— Раз уж я такая ценная единица… — начала Сера, но Децимос остановил её взмахом.
— Сестра, ты чрезмерно эмоциональна. Возраст, — произнёс Децимос. — Тебе следует относиться ко всему происходящему прагматичнее.
— И к сыну?
— И к сыну, — согласился Децимос.
— Просто у вас никогда не было детей.
И снова скрежет. Магос поднял, развёл руки и ответил:
— Вот.
Сера насупилась, а магос продолжил:
— Что же до Урана — я извлёк его из твоего чрева. И я… хорошо к нему отношусь. Как к тебе. Но ему, в отличие от тебя, не быть одним из нас.
— Но почему?
Децимос помолчал немного, поглядел сверху вниз на собеседницу, выдал нечто похожее на вздох, хотя и не нуждался уже ни в воздухе, ни в необходимости что-то выдыхать, а потом ответил:
— У каждого культа или церкви должны быть рамки. Если этих рамок, жёстких условий не будет, мы просто превратимся в… во что-то похожее на Администратум. Мы будем оказывать услуги. Выписывать индульгенции, например. За всё время скитаний по вселенной мне не раз встречалась эта практика, порочащая Имперское Кредо. И если в культе Бога-Императора такое возможно, то на борту "Амбиции" не будет никогда.
Сера снова промолчала, но на этот раз Децимосу показалось этого недостаточно.
— Тебе всё понятно, сестра?
— Да, господин. — Сера и без всяких голосовых модулей постаралась ответить так же бесчувственно, как и собеседник. — Омниссия знает всё, познаёт всё.
— Хорошо. По крайней мере, у тебя нет никаких проблем с универсальными законами. Возвращайся к своим обязанностям.
Сера уже развернулась и двинулась к выходу, когда услышала следующее: