Волновало того, кто дал им жизнь.
— Но-но, хватит! — рявкнул кто-то издали. — Сколько материала мне перевели… Я сам вас убью!
Боевого брата справа охватило варп-пламя, Авраам же рухнул и кубарем покатился по земле после телекинетического толчка.
Он быстро поднялся, и увидел, что на старых позициях теперь остались только двое. Их закрыл алый купол, извергающий пурпурные разряды имматериума.
Первый — Котар, второй…
Павший Ангел Смерти, променявший служение Императору на дары тёмных богов. Прошли века, если не тысячелетия, и он сросся с доспехами, не различишь, где заканчивается металл и начинается плоть.
На страшной морде горели глаза. Горели в прямом смысле, из-за чего кости черепа давным-давно почернели. Длинные толстые витые рога загибались вниз и вперёд. Заострённые зубы гнилого оттенка на виду, между можно было разглядеть оставшиеся после трапезы волокна мяса. Сомнений в его принадлежности не возникало.
В когтистых лапах падший сжимал посох, который оканчивался козлиным черепом, вписанным в круг, что был расчерчен восемью стрелами.
— Теперь нам никто не помешает, — проговорил он.
Котар хмыкнул и произнёс:
— Ты только облегчил мне задачу.
Отмечу, что сражение стихло только внутри колдовского купола, а вокруг оно вспыхнуло снова, как только участники очнулись после псионического удара. Сид протянул Аврааму перезаряженный болтер, и тот отвлёкся на наседающих мутантов и одержимых космических десантников из свиты чернокнижника.
— Твой демон тебе не поможет, — произнёс падший, указав свободной рукой на фламберг Котара. — Мои владыки сильнее.
Котар поглядел на своё оружие, поиграл им в воздухе, а потом сказал:
— Мне не нужны демоны, чтобы убить тебя.
Чернокнижник бросился в атаку. Когда-то он носил простые силовые доспехи, не терминаторские, как у Котара, а поэтому сильно уступал тому размерами, но брал скоростью и частотой, с которой бил посохом.
Котар едва не выронил фламберг после того, как принял на клинок первый удар. Посох с символом хаоса не оставил ни следа, ни царапины, но вызвал биение, резонанс, из-за чего оружие едва само не вырвалось из рук. Но то — фламберг, искусственная оболочка, темница могучего демона, а вот доспехи страдали сильнее, несмотря на то, что лучше доспехов не найти.
Посох с козлиным черепом не оставлял вмятины, но вызывал извержение, гравитационную аномалию, из-за чего адамантий скручивался и мялся, как бумага.
— Уверенность улетучивается, не так ли? — спросил чернокнижник.
Он проскочил под фламбергом, оказался сзади и ударил по пояснице, из-за чего Котар не удержал равновесие и упал на колени. Чернокнижник хотел добавить ещё и по спине, но на этот раз уже Котар уклонился от выпада, прижавшись к затянутой слизью земле. Он поймал противника за ногу и крутанулся, из-за чего тот кубарем покатился прочь.
— Ах ты! — рявкнул чернокнижник.
Он вскочил и понёсся к посоху, который выронил во время падения. Котар был ближе и уже хотел раздавить ненавистный символ хаоса, когда нечто удержало его на месте и даже потянуло обратно. Котар упустил взгляд и увидел, как из бледно-розового болота вытянулись демонические лапы, покрытые обсидианово-чёрной плотью и колючками.
— Я — Маладрет Воркеш, — представился чернокнижник. — Магистр одержимости и ветеран Долгой Войны. Думаешь, ты сможешь чем-то удивить меня… библиарий? — последнее слово он выплюнул как ругательство.
— Думаю, смогу.
Маладрет притянул к себе посох силой мысли, замахнулся, чтобы снести Котару голову, когда на него напали не какие-то лапы, а тварь из преисподней, которой эти лапы принадлежали. Маладрет выругался, разорвал чудовище на части варп-разрядом, но упустил Котара из виду из-за брызг ихора и ошмётков плоти. Котар приблизился, выхватил посох и одновременно ударил коленом по кирасе.
Чернокнижник не удержался на ногах, упал, но тут же перекатился, поднялся и отскочил в сторону, разрывая дистанцию. Котару удалось рассечь только кожух силового ранца, а не устройство вообще. Маладрет отошёл к границе купола и вытянул из ножен у пояса пару коротких мечей.
Котар покрутил в руках трофейное оружие, а потом, недолго думая, опустил его вершиной вниз и переломил ногой, потоптавшись на восьмиконечной звезде хаоса.