— Военный союз, долю от прибыли в торговых операциях, в перевозке пассажиров, поддержку миссионеров в распространении слова Омниссии… Также компания займётся вербовкой просвещённых граждан на Дитрит.
Послышался шум сервоприводов силовых доспехов. Авраам поднялся. Из его ушей, глаз и носа тянулись тонкие полоски запёкшейся крови, но взгляд был ясным.
— Посторонний! — прогремел Титан. — Он… сопротивляется.
Децимос окликнул десантника:
— Авраам, откройся Титану.
— Чёрта с два! Никто не смеет копаться в моей голове!
Смех Титана едва не вырвал электронную начинку Децимоса из оболочки. Однако он не успел сказать Аврааму, чтобы тот ушёл.
— В хор! — приказал Титан. — Хочу. Слышать. Techna-Lingya.
Децимос поспешил подключиться к сети.
В виртуальной реальности, в мире нулей и единиц, Титан был цел.
Больше тридцати метров в высоту, тысячи тонн массы. Крепкие ноги-колонны, широкие плечи, на которых без труда можно было поместить целый район города или даже небольшую деревушку.
Ни домов, ни церквей на плечах "Custos Mortis" не было, но вместо них появления врага дожидались два спаренных турболазера. Ещё пара подобных орудий заменяла Титану руки. Обшивку покрывали не только привычные глазу символы Империума и имперской же армии, но и таинственные руны, ниспадающие от груди и до пят огромного боевого человекоподобного робота.
Децимос снова опустился на колени перед великим механизмом.
— Поднимись. Децимос. Достаточно.
В хоре обращения титана воспринимались куда легче, хотя Децимос и допускал, что его собственная аугметика уже вышла из строя из-за псионического давления. Децимос выполнил команду и дождался следующих слов:
— Ты. Заинтересовал. Меня.
Децимос поклонился Титану. Тот продолжил:
— Аурум! Нам. Нужно. Многое. Обсудить.
Аурум обратился к Децимосу:
— Я созвал регентский совет. Титан благоволит вам, но всё должно произойти по закону.
Среди белых и голубых лучей, тянущихся от горизонта, и в самом деле начали появляться новые участники переговоров. Одни полностью проецировали свою физическую оболочку в виртуальное пространство, другие довольствовались размытыми пятнами или вспышками.
Как бы то ни было, это Децимоса более чем устраивало, поэтому он просто сказал:
— Нарушить Ритуал, значит, предать Веру. Я готов подождать, брат.
Если бы совещание происходило в реальном мире, то на обсуждение ушло бы не меньше нескольких дней. Совету регентов понадобилась пара минут, за которую Децимос успел обменяться массивами данных, обговорить условия и дождаться итогов голосования.
Уже скоро он покинул тронный зал и встретился с Георгом у выхода из бункера.
Тот стоял, опершись о стену, с платком у носа. Белоснежная ткань была почти полностью покрыта кровавыми разводами, где-то свежими, где-то уже почти чёрными.
— Ну что? — прогнусавил Георг.
— Задание выполнено, капитан. Условия неидеальные, но в пределах того, что вы и планировали.
— Пг’екг’асно! — Георг даже кулак вскинул.
Децимос продолжал:
— Есть и дополнительное требование.
— Так…
— Совместная бомбардировка Отарио-II. Титан…
— Ег’унда! — Георг махнул рукой. — Несущественно. Благодаг’ю, Децимос!
Децимос слегка склонил голову и произнёс:
— К вашим услугам, капитан. Я верен старым клятвам.
— Пг’оси, чего хочешь, — сказал Георг. — Никто не скажет, что я жадный, когда дело касается моих лучших людей.
— Кстати, о жадности, — вклинился Авраам. — Думаю, пора нанять собственных псайкеров или антипсайкеров. Хватит уже терпеть эту чертовщину, нужно быть к ней готовым!
Георг даже коротко усмехнулся.
— Нанять? Ты сначала найди мне живого псайкег’а! Экипажи Чёг’ных Ког’аблей своё дело знают.
— Да ладно, — Авраам отмахнулся, — не может такого быть, чтобы они вычищали всё. Только не в Империуме.
— Хог’оших точно забиг’ают. А зачем мне плохие? Устг’оить пожаг? Демона вызвать? Импег’атог, спаси и сохг’ани…
— Короче, хочешь не хочешь, а псайкеры нужны. — Авраам перекрестил руки на груди. — Как-нибудь соберу ближний круг, обмозгуем.