Там было написано что-то в духе "Бог-Император благословляет тех, кто…"
Мурцатто не успела прочесть до конца — давно не практиковалась в высоком готике — её отвлёк Георг:
— Впечатлена?
Мурцатто слегка улыбнулась краешком губ и проговорила:
— Авраам вообще видный мужчина. А стоит только побриться и причесаться…
Авраам усмехнулся, рабочие переглянулись и заулыбались, а вот остальные не оценили шутку. Георг как ни в чём не бывало продолжил:
— Я вот тоже впечатлён. Глядишь, в больную голову ударит ещё и грёбаную пехоту по образцу инквизиции снарядить.
— Ты только-только один бунт погасил, уже другой организовываешь? — спросила Мурцатто. — Наши бойцы крепко держатся за свои красные сапожки.
Георг сдался и тоже ухмыльнулся. Он сказал:
— Смотрю, ты сегодня в ударе. Хорошее настроение?
— Да. Бывает со мной и такое.
— У меня тоже хороший день. С шестерёнками удалось договориться. Вот и трюк с Авраамом, думаю, прокатит. Если даже нас впечатляет, то всякие долбоёбы с аграрных миров вообще с ума сойдут.
— Поддержка Adeptus Mechanicus и "поддержка", — Мурцатто показала воздушные кавычки, — инквизиции?
Георг указал на неё пальцем и проговорил:
— В точку!
— Неплохо, — отозвалась Мурцатто.
Авраам коротко усмехнулся и проговорил:
— Это ты ещё всего не знаешь.
Мурцатто прищурилась, засосало под ложечкой. Георг же широко улыбнулся и произнёс:
— У меня есть кое-что для тебя, Мурцатто.
Он бросил взгляд в сторону магоса Децимоса. Тот вытащил из-за пазухи небольшой кожаный чехол, внутри которого оказалась…
— Нет… — тихо произнесла Мурцатто.
— Да! — воскликнул Георг.
— Нет.
— Да!
— Нет!
— Да!
— Нет! Ты с ума сошёл, Георг! — выкрикнула Мурцатто. — Ты меня под монастырь подвести собрался?!
Внутри чехла была закреплена инквизиторская розетта. Разумеется, подделка, и Мурцатто не могла даже представить, какое наказание понесёт преступник, который создал копию документов самых влиятельных государственных агентов Империума.
Авраам хохотнул и произнёс:
— Так и знал, что тебе понравится.
Георг же продолжил:
— Нарекаю тебя Жозефин Анной Мерикью Де Труан, которая была известна своей любовью к перевоплощениям и пластической хирургии.
Мурцатто нервно усмехнулась и сказала:
— Жозефин сильно изменилась за эти несколько лет. Георг… я её почти на две головы выше.
Георг улыбнулся, пожал плечами и проговорил:
— Всегда поражался, и откуда столько энергии в такой маленькой женщине?! Эх… Жоанна. Потерял из-за неё уйму денег и кучу времени, но почему-то вспоминаю с теплом. А я ведь даже с ней не спал!
— Ну… у Жоанны был… определённый шарм, — сказала Мурцатто.
Она прочистила горло и продолжила:
— А теперь серьёзно.
Мурцатто снова раскрыла чехол, показала розетту собравшимся и спросила магоса Децимоса:
— Очень похоже, конечно, но пройдёт ли розетта идентификацию?
— При создании я опирался на пикты и голозаписи, — отозвался магос. — Таких материалов за время сотрудничества с инквизицией накопилось достаточно, чтобы утверждать — это точная копия вплоть до микрона.
— Но?
— У меня не было доступа к оригиналу, чтобы понять, как именно проверяют розетты.
— Великолепно. — Мурцатто покачала головой.
— Не переживай, — произнёс Георг. — Я же говорю, — долбоёбы с аграрных миров будут тебе в рот смотреть. А от одного вида Авраама у них религиозный экстаз начнётся.
— Долб… — Мурцатто прикрыла рот ладонью, но потом продолжила: — Дураком в конечном итоге можешь оказаться ты, Георг. И я тоже из-за того, что согласилась.
Георг снова развёл руками и сказал:
— Если нас поймают, я скажу, что это всё гипноз. Ты невиновна, а я — главный злодей.
Мурцатто метнула в Георга злой взгляд. Тот не унимался:
— Не переживай ты так! Я знаю, ты знаешь, — инквизиции больше нет в Сецессио! Эвакуация штаб-квартиры с Мордвиги-Прайм, вот это вот всё.