Несмотря на превосходство ростом и весом, Котар сразу же перешёл в оборону. Он просто-напросто не успевал за соперником. Один-два удара, выход из атаки, смена позиции, повторение. Авраам вертелся вокруг Котара, как заведённый, и бил, бил, ещё раз бил.
Котар пару раз попытался контратаковать, но тут же получал по лицу. И ладно бы ещё обычным кулаком, но металлический протез Авраама рвал кожу.
Котар попытался подловить Авраама. Котар стал двигаться медленнее, опустил руки чуть ниже, чем стоило бы тому, кто бережёт лицо, смахивал кровь, хотя она ему ничуть не мешала.
И вроде бы вот оно — Авраам стал действовать наглее, даже пытался бить ногами. Он пошёл напролом, попытался поразить Котара прямым ударом в живот. Котар перехватил ногу, уже собирался подсечь соперника, но тот и не собирался останавливаться. Авраам схватил Котара за голову, подпрыгнул, коленом отпихнул выставленную для защиты руку и попал по подбородку.
Тьма.
Мир налился красками только когда Котар обнаружил себя лежащим на мате. Его душили. Самое неприятное то, что Авраам навалился сверху и плотно прижимал Котара к полу.
Мир снова стал меркнуть, голова закружилась.
— Сдавайся, — прохрипел Авраам.
Котар промычал что-то нечленораздельное в ответ. Оставалось только два выхода, — сдачу Котар и не рассматривал. Первый — применение псайкерских способностей. Второе…
Котар не стал жульничать, хотя о правилах и не договаривались. Он не тратил силы, чтобы разомкнуть замок на шее, а встал на колено, высвободил ногу, поднялся вместе с противником, а потом опрокинулся на спину. В награду Котар получил порцию ругани, а Авраам ослабил хватку. Котар вырвался и перекатился в сторону, с хрипами втягивая воздух.
Он уже собирался стучать по мату, — считал хорошим итогом хотя бы такое вот достойное поражение. Однако Авраам не спешил добивать.
Когда Котар восстановил и зрение, и дыхание, то увидел, что соперник сидит подле, скрестив ноги, как монах.
— Ты как знал, что у меня панцирь слабый, — произнёс Авраам. — Аж захрустело!
— Нет, я не использовал силы.
Он заметил, что группа зрителей и борцы, которые были в зале до прихода Авраама и Котара, теперь окружили их площадку и наблюдали за поединком.
— Тебя подводит реакция, — сказал Авраам. — Всё очень медленно делаешь.
— Нам бы так же медленно, — произнёс один из зрителей.
Авраам отмахнулся и отозвался:
— Он знает, о чём я.
Котар покривился, вздохнул и сказал:
— Я говорил, что вряд ли сейчас опаснее иного боевого робота.
— Аугметика паршивая? — Авраам прищурился.
Котар провёл рукой по лысой голове. От макушки и до затылка тёмная, почти антрацитовая плоть сменялась отполированным до блеска хромом. Позвоночник тоже искусственный, — каждое звено немного выдавалось над кожей, из-за чего Котара можно было сравнить с ящером с костяными пластинами на хребте.
Котар немного помялся, но потом всё-таки ответил:
— Я… не хочу принижать достоинства мастеров, которые со мной работали. Всё-таки кузни Саламандр — одни из лучших в Империуме. Просто… характер травмы такой.
— Кто это тебя так? Если не секрет, конечно.
— Орки на Армагеддоне. Чуть не снесли мне голову. В капитуле всерьёз думали о моей сервиторизации.
— У-у-у…
— Как видишь, я ещё жив. — Котар развёл руками. — Мои братья из Библиариума приложили много усилий. Но… головной мозг и нервная система — это не искусственную руку приживить. — Котар указал на протез Авраама. — Каталептический узел, Ухо Лимана, ещё несколько биоимплантатов у меня или нет, или они работают со скрипом. Такие дела.
Авраам больше не ухмылялся.
— В итоге меня отстранили от участия в боевых действиях, и несколько лет я работал в кузне над насыщением оружия силой варпа. Могу похвастаться, — Котар слегка улыбнулся, — почти все новые психосиловые клинки и посохи — это моя работа.
— Ну, — Авраам развёл руками, — прошу прощения. Если бы я знал…
Котар перебил его:
— Даже не думай жалеть.
Он поднялся на ноги и продолжил:
— Давай ещё пару раундов. А иначе, — Котар кивнул в сторону собравшихся, — люди заскучают.