— Да, прапорщик, часовых снимаете и все уходим отсюда. В доме, где их защитников называют бесчестными людьми и быдлом, нам делать нечего. Доехав до казармы и убедившись, что все люди размещены, а моим девочкам выделили отдельное помещение со всеми удобствами… Ну как «со всеми удобствами»? На мой непритязательный взгляд — удобства присутствуют, во всяком случае тепло, есть кровати с бельем и умывальник в коридоре. А разве еще что-то надо? Да ладно, я шучу, я все понимаю. Все люди, как люди, потребляют обед с солдатской кухни, а я голодный, поехал по объявлениям, размещенным в газете.
Казарма Омского полка. Омск.
Естественно, за оставшиеся, до наступления вечера, два часа, подходящего пристанища, куда можно было бы заселится, я не нашел. Поэтому вернулся вечером в казарму, злой, как собака, похлебал горячего кулеша и отправился спать в канцелярию одной из рот, благо там был диванчик. А среди ночи меня разбудили. В дверь канцелярии кто-то тихонько стучал и шептал «Князь! Да проснитесь вы…»
Выдернув револьвер из-под кровати я на цыпочках подкрался к двери и резко распахнул ее, чуть не задел притаившегося у косяка…
Ну а что делать? Нам, правителям, надо осторожно выходить из спальни, особенно ночью, император Павел Первый из моего мира не даст соврать!
Так вот, у косяка притаился пилот, который в воспитательных целях был переведен в подразделение аэросаней, а как человек, вызывающий доверие — отправлен за моей кровиночкой, за блистательной Гюлер.
— Что случилось? Где моя жена? — я с трудом удержался, чтобы не схватить молодого пилота за меховые отвороты теплой куртки: — Что случилось?
— Все хорошо, ваша светлость! — корнет Лиходеев отскочил на всякий случай на пару шагов: — Госпожа в городе, все в полном порядке!
— Так где она? Ужинает?
— Никак нет. — пилот принял строевую стойку: — Мы не имели информации, что ваша светлость переехала из дома ее светлости и мне дали команду править к дому князей Строгановых. Ваша жена, ее светлость…
— Короче! — рыкнул я.
— Ваша жена в сопровождении двух служанок и вашего порученца Краса Людиновича спокойно проследовали во дворец…
Честно говоря, спокойней мне не стало, напротив — сердце тревожно заныло. Моя жена, на последнем месяце беременности оказалась в этом кубле гремучих змей…
Я уже хотел поднимать роту по тревоге, как корнет продолжил свой рассказ:
— Крас Людинович сказал, что ваша супруга устала и переночует во дворце, а завтра самостоятельно приедет к вам…
— И что, там тихо было?
— Ну почему? — ничуть не удивился вопросу корнет: — Я пока в прихожей дал дальнейших распоряжений, кое что слышал. Сначала немножко пошумели, потом, я слышал, как ваша жена крикнула «По насестам, курицы, и чтобы не звука!», а потом тишина. И Крас Людинович не стал отрицать, что ваша жена княгиню немножко побила…
Обалдеть, моя кроткая жена, с большим животом, побила «Неистовую Ванду»?
Кажется, я произнес последние слова вслух. Корнет пожал плечами:
— Ну я слышал, как ваша жена кричала «Сука неблагодарная» и «Землю жрать будешь», и звуки пощечин… А потом Крас Людинович спустился и меня отпустил….
— Как моя жена дорогу перенесла? Ребенок не беспокоил?
— На редкость у вас спокойный пацан, мамкину сись…- корнет побледнел и отступил еще на пару шагов: — А я что, не сказал, ваша светлость? Так с наследником вас! Здоровый и здоровый мальчик.
— Кто акушеркой был?
— Да какая акушерка, ваша светлость? — корнет на всякий случай, отступил еще: — В степи вашу супругу прихватило. Она нас с господином Полянкиным из аэросаней выгнала, и сама, при помощи служанок, родила. Вроде пуповину сама перерезала, а потом вышла из саней, набила полный бурдюк снега и всю дорогу с ледяным бурдюком на животе ехала, чтобы значит живот ушел назад…
— Спасибо, подпоручик. — я, с облегчением облапал, офицера: _ Спасибо за добрые вести. Если вы не против, я хотел бы вас угостить коньяком и там что-то от ужина осталось…
Уставший пилот аэросаней успел выпить один бокал, съесть бутерброд, похвалить коньяк, после чего уснул прямо за столом, с куском колбасы в руке, а я завалился опять на панцирную кровать, не в силах сомкнуть глаз. У меня родился наследник мужского пола. Это, по местным обычаям, считается одной из самых важных обязанностей жены любого правителя. Хотелось бежать во дворец Строгановых, но я удержал себя от необдуманного поступка. Думаю, что жена сейчас спит после всех волнений долгого и опасного путешествия, а верный Полянкин обеспечит ее безопасность. За благополучие обитателей дворца я не беспокоился. Хотя охрану я и снял, агенты контрразведки арендовали комнаты в близлежащих домах, наблюдая за подходами ко дворцу. В случае какой-то неурядицы, они имеют инструкции поднимать тревогу и прикрывать огнем подходы к дому Строгановых…